*И что делать? Сказать, что за всем стоял судья — подписать судье приговор… уж очень злые чертики хороводятся в этих светлых глазах… Промолчать — а что скажет моя совесть? Молчим? Естественно, хочется самостоятельно пощекотать его… на предмет обещаний… Решено.*
— Я не знаю, просто последние дни тихо было, вот я и обрадовалась… — соврала я.
— Ммм… вот оно как, — протянул он, глядя в море. — Знаешь что, ты книги относить Ксардасу будешь? Может, встретимся у Башни вечером? Хочу попросить тебя кое о чем.
— Договорились. Как стемнеет — у входа в Башню, — согласилась я.
Парень поднялся и, не говоря ни слова, скрылся. Я сидела еще какое-то время, глупо хлопая глазами на море. Во всей истории есть над чем поразмыслить. Ну, во-первых, какого черта судья обманул меня? Я все равно к нему пойду, но ответ на этот вопрос поможет мне понять, что ждет в судейском доме. А во-вторых, тема, поднятая Волком, не дает мне покоя. *Когда я смотрю в ясные глаза "моего" парня… я чувствую ту связь, которая возникла из-за ритуала. Он ее, похоже, тоже чувствует. Скорее всего, когда я выберусь из этого Мира, эта связь прекратится. А пока… Сколько мы не виделись, я как-то даже успела забыть это ощущение легкого холодка в душе, чувство незавершенности меня без него. А стоило ему появиться на горизонте… Что ж там за "частичка" была? Ну, та, которую Ксардас перетащил, перестаравшись…*
Думая так, я подошла к дому судьи. Помявшись на пороге с минуту, я, шумно выдохнув, вошла. *… эх… надо было Ватраса предупредить, на всякий пожарный… ну, да, выкручусь… *
Судья сидел в кресле и читал. Лицо его было серьезным и спокойным. Я вскочила на подлокотник. Мужчина едва не выронил свиток.
— Ты пришла, глазам своим не верю! — изумился судья.
— Я держу слово, — холодно отметила я. — Чего нельзя сказать о вас. Охота на меня продолжается.
— Я рассудил так, — мужчина склонился ко мне и заговорил ме-е-едленно, — если ты вернешься, значит, умеешь держать слово, следовательно, я тоже буду честен с тобой.
— Ясно, — *Бог мой, как все сложно-то, а!* — И теперь меня больше не будут выслеживать охотники?
— Теперь нет, я отменю обещание награды, — мужчина поднялся, подошел к странному столу, больше похожему на кафедру, достал чистый лист и что-то быстро написал… потом задумался… — Ммм… я сейчас не смогу достать человека, который имеет связи с наемниками. Только завтра утром.
В голове у меня сверкнула дикая идея!
— А с чего это я должна тебе верить? Обманувший однажды… — я сделала "большие глаза".
— Ты права, в этом волчьем мире не стоит верить людям, — судья смотрел серьезно… я зацепила его "паранойю". — Я проверил тебя, и ты пришла, не зная, кто тебя тут ждет: друг или враг. На это способен только зверь. Можешь проверить меня.
— Проверить, значит? — хвост нервно хлестал меня по бокам… *…окажу-ка я сейчас кое-кому услугу…* — Помнишь, ты обещал мне, что выполнишь любую мою просьбу? Вот потрудись…
— И что же это, если не секрет? — судья улыбался, очевидно, к другим отношениям человек не привык. — Я сделаю, если обещал, просто интересно.
— Не секрет, — я сладенько потянулась. — Составь бумагу под мою диктовку, с печатью и подписью, потом отнеси ее Ватрасу.
— Мне нравятся опасные игры, котенок, — *…и чему ты так доволен?*
Мы переместились туда, где можно было писать. Я получила документ, который мне был нужен. Все шло как нельзя лучше. Мне, конечно, интересно, что же именно нужно от меня судье, а ведь ему что-то непременно нужно… Он из тех, кто ничего не делает просто так.
— Замечательно, — подытожила я. — Завтра вечером я вернусь, если у Ватраса будет этот документ.
Судья с проворством юноши отвесил мне шутливый поклон, на этом я покинула его.
* Занятия на вечер и на завтра мне обеспечены. Отлично. Я получила то, что хотела. Я могу улыбаться своим мыслям и гордиться собой!*
Глава 27. Верный ответ
День неумолимо клонился к закату. Свет окрасился в оранжево-розовый… нежно-фиолетовые тени поползли по земле, а воздух наполнялся запахами приближающейся ночи. Я проспала у входа в "нору" весь остаток дня. Теперь пришла пора заняться делом. Появиться там, где я должна появиться.
Я поднялась, приняла естественную форму и вошла под свод, чтоб взять книги, перевязанные бечевкой… но их не было на месте. Остался лишь влажный след да запах мокрой кожи.