— Ну, сэр Флетчер, теперь вы должны рассказать мне так же подробно все ваши приключения, как вы рассказали мне о вашем путешествии в Нерак.
И принц с большим вниманием выслушал рассказ Филиппа.
В течение дня к небольшому войску сенешаля и королевы в заранее назначенных местах то и дело присоединялись отряды дворян-гугенотов с их людьми.
Пройдя двадцать миль, войско, увеличившееся в течение дня до тысячи двухсот человек, сделало привал у подошвы невысоких гор. Королева с сыном приютилась кое-как в небольшой деревеньке; вблизи нее расположились и ее приближенные.
Заняв Бержерак, сенешал поставил стражу на всех путях, ведущих на север, и через день, усиленный новыми отрядами гугенотов, неожиданно появился перед большим и важным городом Периге.
Сопротивление местного гарнизона было быстро сломлено, большая часть католических солдат бежала в замок, куда скрылся и губернатор области, за два дня перед тем писавший двору, что, благодаря принятым им мерам, ни один гугенот в его провинции не может взяться за оружие.
Главные силы сенешаля прошли между тем через город и переправились на другой день утром через реку.
Теперь путь был свободен перед войском сенешаля, которое возросло уже до двух тысяч человек, и четыре дня спустя оно уже подходило к Коньяку. Навстречу ему выехали заранее предупрежденные принц и адмирал.
— Мы очень беспокоились о вашем величестве, — сказал адмирал королеве, — По последним сведениям вы находились еще в Нераке, а между тем мы перехватили депешу, из которой узнали, что от двора послан приказ немедленно арестовать вас.
— Да, губернатор Ажана вышел с большими силами из города с этою целью, но мы его опередили, — ответила королева.
Адмирал был очень доволен, узнав, что Филипп благополучно добрался до Нерака.
— Он оказал нам большие услуги, — сказала королева. — Генрих так привязался к нему, что все время едет рядом.
Коньяк до сих пор сопротивлялся принцу и адмиралу, но, с прибытием королевы и свежих войск, защитники были вынуждены отворить ворота.
В лагере Филипп нашел Франсуа, который чрезвычайно ему обрадовался.
— Кто бы подумал, — говорил он, — что мы расстались в Ниоре на такое продолжительное время. Я так был удивлен, узнав от адмирала о твоем поручении, и хочу знать все, что с тобой было с тех пор… А мы, как видишь, добрались сюда, хотя в иных местах католики сражались весьма храбро. Теперь мы с часу на час ждем де ла Ну из Бретани, с собранными там и в Нормандии войсками. Слышно, что в Лангедоке также собираются большие силы, чтобы идти на соединение с нами. Но пойдем ко мне.
И Филипп с Франсуа вошли в палатку.
— По вступлении в Коньяк королева пробыла лишь несколько часов при армии. После совещания с принцем, адмиралом и другими вождями, она с сильным конвоем поехала в Ла-Рошель, а принц Генрих, как ближайший родственник королевской фамилии, объявлен был главнокомандующим всей армии, что придавало делу гугенотов, особенно перед иноземными государями, вид иной, чем пытался представить французский двор.
— Я просил мою мать назначить вас, сэр Флетчер, в мою свиту, — сказал принц Филиппу, встретив его после отъезда королевы, — но она и адмирал отказали, чтобы не вызвать пререканий и зависти к вам, иностранцу, когда в лагере столько дворян французов. Когда я буду вполне самостоятелен, я приближу вас к себе.
— Я очень счастлив одним желанием вашего высочества, — ответил Филипп, — но думаю, что доводы ее величества и адмирала вполне основательны.
Гугеноты вскоре овладели Ангулемом, Сентом, Понсом и Блэ, и, таким образом, в их руках были все города вокруг Ла-Рошели. К тому времени силы их возросли до трех тысяч конницы и двадцати тысяч пехоты. Между тем к Пуатье приближалась армия принца Анжу, соединившаяся с силами, собранными Гизами.
Время года было позднее, наступала зима, и обе армии избегали сражения.
Католические полководцы хорошо помнили храбрость, выказанную гугенотами при Сен-Дени, и не хотели оставлять занятых ими выгодных позиций, а гугеноты также не желали покидать своих позиций, и после нескольких стычек передовых отрядов враждующие стороны вернулись на зимние квартиры.
Де ла Ну, присоединившийся к армии адмирала после сурового похода, посоветовал Франсуа и Филиппу уйти с своими людьми на зиму в Лаваль.
— Во-первых, — говорил он, — в замке будет дешевле содержать людей чем здесь, а во-вторых, из армии Анжу могут быть предприняты набеги, а так как Лаваль — ближайший к Пуатье замок, то они и могут сделать набег прежде всего на него; там вы будете очень кстати.