Я вскинула брови:
— Ну а теперь не стесняйся, скажи все как есть.
— Я чувствую, что у тебя есть причина не подписывать контракт. Но пока ты сама не будешь готова об этом поговорить, все остальное не более чем нытье. — Она взяла со стола блокнот. — И я бы с удовольствием послушала твое нытье за парочкой маргарит, но моя мама задаст тебе жару за то, что ты снова опаздываешь, так что либо иди… — Тут она посмотрела мне в глаза. — Либо уходи.
Да. Вот оно. У меня свело живот.
— Для меня создали роль, — выпалила я. — Это мечта. От мечты не уйдешь.
И все же она была права. У меня была причина не подписывать контракт. Я приложила столько усилий, чтобы сюда вернуться, но теперь мне хотелось одного… уйти. Я хотела Хадсона. Я боялась себе в этом признаться, но факт остается фактом: с ним я была счастливее, чем на сцене.
— Уйдешь, если мечта изменилась, — сказала Кенна, сунув блокнот под мышку. — Мечты — не окаменелости, Алли. Они растут. Они меняются.
У меня заколотилось сердце.
— Василий меня убьет за то, что я уйду за две недели до представления.
Кенна пожала плечами:
— Да пошел он.
— Еве нужно…
— Повзрослеть, — сказала она и попятилась к двери в спортзал.
— А ты… — Я покачала головой.
— Я в ударе. Я обожаю свое дело, на мужчину своего не нарадуюсь, у меня первоклассные мозги и коллекция дизайнерских сумочек всем на зависть. А тебе пора перестать прятаться за чужими желаниями — за свое счастье несешь ответственность только ты. Может, ты и высказала все своей матери, но все равно продолжаешь вести жизнь, которую она выбрала за тебя.
Я вцепилась в конверты.
— Но я все равно люблю танцевать.
— Стопка в твоих руках говорит о том, что для этого тебе не обязательно оставаться здесь. Алли, у тебя будет все что угодно, если ты сама перестанешь вставлять себе палки в колеса.
Она потянулась к ручке под стеклянной панелью двери, сделала глубокий вдох и грустно мне улыбнулась.
— Я пошла на свою обожаемую работу, — сказала она, повернув ручку. — Надеюсь, ты последуешь моему примеру. А когда вернусь, надеюсь тебя здесь не застать. Вперед, Алли! Будь счастлива.
Восемь с половиной часов спустя мы с Сэди стояли на крыльце Хадсона и я стучала в дверь.
Еще раз.
Я дышала, превозмогая рвотные позывы. Сжав поводок Сэди, я позвонила в колокольчик.
Она заскулила.
— Наверное, он уже на работе, — сказала я, почесывая ей макушку, и подошла к ближайшему окну.
Предполагалось, что мой широкий жест обернется совсем иначе. Я взяла машину напрокат, чтобы проделать весь этот путь с непомерным багажом, а его даже не оказалось дома.
Я приложила ладони к стеклу и заглянула внутрь. Живот опять свело. Дом был пуст. Ни книжных полок, ни мягкого кожаного кресла, ни карты в рамке — только дощатый пол и голые стены.
О боже.
Меня охватила паника. Я попятилась. Куда он подевался? Не переехал же к Кэролайн…
Кэролайн. Она наверняка знает, где он. Я усадила Сэди на заднее сиденье арендованного внедорожника и поехала прямо в кафе. Я вошла туда с собакой, не обращая внимания на косые взгляды нескольких местных, и тут же увидела за стойкой Кэролайн.
— Где он? — спросила я, шагая через зал.
Кэролайн и молодой человек рядом с ней подняли головы. Похоже, он проходил у нее обучение. При виде меня голубые глаза Кэролайн округлились.
— Алли?
Я встала у дальнего конца стойки под пятидесятые.
— Где он? Я собрала все вещи, уволилась из труппы, взяла в аренду машину и проделала весь этот путь сюда, а никого нет дома.
У меня перехватило горло, и я выгнула шею.
— А я думала, когда же ты появишься, — сказала Кэролайн. — Таннер, принесешь Алли лимонада?
— Конечно.
Молодой человек достал из-под стойки стакан, и спустя полминуты я уже пила залпом, словно спасала свою жизнь.
— Спасибо, — сказала я, опустошив полстакана. — Как Джунипер?
Голос Кэролайн смягчился.
— Прекрасно. Она наверняка будет рада тебя видеть. Сейчас она у вас дома с Энн. Вообще-то, ты могла бы и позвонить.
Я кивнула, еще крепче сжав стакан:
— Да. Просто я подумала, что будет гораздо трогательнее приехать и удивить его, затем перечислить множество причин, по которым нам нельзя быть вместе, и в конце вернуться к единственной причине, по которой нам все же стоит попробовать, а именно к тому, что мы созданы… друг для друга. — Тут я поморщилась. — У меня в голове это звучало намного лучше. Слушай, я знаю, ты терпеть меня не можешь из-за того, что я вмешивалась в жизнь Джунипер. А еще ты не выносишь мою семью и саму нашу фамилию, но я ее тоже не выношу. Каждый раз, когда кто-то ее произносит, я вспоминаю только маму. И я уверена, ты бы назвала миллион других девушек, которых предпочла бы видеть рядом с Хадсоном…