- Нет. Я ценю то, что ты поделилась этим со мной. В свою очередь, хочу сказать, что, возможно, мы поговорим о прошлом, когда будем готовы.
Я кивнула.
Очевидно, что помимо ранней потери матери и вступления в группировку, на душе у Витторио лежал ещё немалый груз, который давил на него.
Облегчение мягким облаком окутало меня, когда он не оттолкнул. В этот момент я поняла, что наши отношения гораздо сложнее, чем мне казалось. Я утвердилась в мысли, что за маской уверенности и властности скрывался ранимый человек, обременённый прошлым.
– Иногда именно разговор о прошлом может помочь, – произнесла я, слегка наклонив голову. – Ведь чтобы по-настоящему двигаться вперёд, нужно сначала взглянуть назад. Признаться себе в том, что было, и принять это.
– Возможно, ты права, – признался он. – Но иногда лучше оставить всё как есть. Некоторые тайны не должны быть раскрыты.
Воздух между нами словно наэлектризовался. Чувствовалось невысказанное, скрытое глубоко внутри каждого, словно запечатанное в хрустальный ларец. Я видела в его глазах отблески боли, затаённой печали, но также и упрямую решимость не поддаваться прошлому. Это вызывало уважение и одновременно желание разгадать эту сложную головоломку, увидеть суть.
И я приняла его позицию по этому вопросу. Слишком рано. Возможно, когда-нибудь он будет готов поговорить об этом, но не сегодня, не сейчас. Нельзя давить, нельзя требовать. Откровения должны быть добровольными, как цветение редкого, нежного цветка. Иначе можно спугнуть его, заставить снова спрятаться за неприступной стеной.
– Ну и чёрт с ним, с этим прошлым, – я улыбнулась, стараясь передать в улыбке поддержку и понимание.
Затем замерла, пойманная в плен карих глаз, обычно таких непроницаемых. Однако сейчас в них отражалась смесь любопытства, грусти и… восхищения? Сглотнув, я отвела взгляд, не в силах выдержать его пристальное внимание.
– Что ж, – произнесла я, стараясь вернуть беззаботное настроение. Указала за спину на мишени. – Продолжим? Твоя очередь.
Витторио отошёл, выбрал несколько ножей и, подойдя к линии, метнул один в соседнюю от моей мишень. Профессионально. Беззвучно. Оружие вонзилось в самый центр.
Он метнул еще один, и еще. Каждый раз – безупречное попадание. Его движения были отточены до автоматизма, ведь он делал это тысячи раз. Я вновь невольно залюбовалась его уверенностью, его концентрацией. В такие моменты он был смертоносным мастером своего дела, оружием, жестокость и мастерство которого текли в крови.
– Теперь снова ты, – сказал Витторио, вырывая меня из размышлений.
Я прокрутила нож и, стараясь не думать о пристальном взгляде мужа, кинула оружие в цель. На этот раз получилось немного хуже – нож вонзился чуть правее центра.
Нахмурилась, недовольная собой. Витторио, заметив мою досаду, усмехнулся. Эта ухмылка радостью отразилась в моей душе.
– Не расстраивайся, – сказал он. – Даже у лучших бывают промахи.
Он подошел ближе и встал за спиной, его теплое дыхание коснулось моей шеи.
– Просто присутствие обворожительного итальянца сбивает меня с настроя, – проворчала я, борясь с собой, чтобы не откинуться назад и не прижаться к твердой груди мужа.
– Ты находишь меня обворожительным?
Даже не глядя на него, я поняла, что он улыбается. Своей чертовой обаятельной улыбкой хищника.
– Что? Самому жестокому силовику Сакра Короны никогда не говорили об этом?
– Говорили. Однако слышать это из твоих уст намного приятнее, – его голос опустился на одну октаву ниже.
Я почувствовала, как мурашки пробежали по коже от этого голоса. Попыталась сохранить спокойствие, хотя сердце предательски забилось быстрее. Не должна позволять ему видеть, как он на меня влияет.
Но ради чего? Чтобы что? Будто он не видит. С ним я настолько очевидная, что поражаюсь сама себе.
Этот водоворот эмоций сбивал.
Мне буквально пришлось заставить свои ноги двинуться к стеллажу с ножами. Схватив первый попавшийся, я вернулась на место. Витторио стоял там же. Он не двигался, словно каменное изваяние. Лишь глаза, два темных омута, беспрекословно следили за каждым моим движением.
Попыталась абстрагироваться от такого внимания и полностью сконцентрироваться на мишени. Но как тут сосредоточишься, когда за спиной стоит этот дьявол во плоти, излучающий опасную силу?
Я подняла нож, прицелилась и бросила. На этот раз получилось лучше, почти в самую середину.
– Отлично, – прошептал Витторио у моего уха, и я вздрогнула. – Видишь, тебе просто нужна небольшая мотивация.
Я обернулась, чтобы взглянуть на него. В его глазах плясали черти, и я знала, что он наслаждается моим смущением.