Глава 32 София
Я избегала его, ведь реакция мужа на разговор о Лучане говорила о правдивости слов Инес. Его выдавали глаза: в них я видела не просто равнодушие или раздражение, а что-то более глубокое — признание, возможно, даже вину. И это было невыносимо.
Ревность съедала меня изнутри. Она сворачивала все чувства в клубок, перемалывала их, а затем выворачивала остатки наружу. В голове была одна навязчивая мысль: мне никогда не быть ему столь дорогой. Казалось, что я занимаю чьё-то место и занимаю его незаконно. А всё потому, что глупо, самоубийственно отдаваться иллюзии, что между нами могло быть что-то, кроме обязанностей.
Здравый смысл говорил мне взять себя в руки. Единственный вариант – это просто стараться вести себя как обычно, делать то, чего от меня все ждут и что требуется. Но эмоции твердили другое, и душа разрывалась на части.
Я пыталась заглушить эту боль, изматывая тело. Тренировки с Бруно до изнеможения, бои на ринге, оттачивание точности метания ножей, бесконечные часы на стрельбище – любая физическая нагрузка, любое действие, которое могло бы подавить этот внутренний крик.
Звонок лифта вырвал меня из пучины мыслей, известив о том, что мы поднялись на нужный этаж. Я шагнула в прихожую квартиры, Бруно вышел следом. Он, чувствуя моё скверное настроение, был необычайно спокоен, даже флегматичен, но тем не менее засеменил в гостиную.
Витторио должен быть ещё на работе. Он быстро восстановился и приступил к своим обязанностям, подолгу пропадая, занимаясь делами. Казалось, что он тоже старался меньше находиться рядом. Разговором о его бывшей я спугнула его, словно неосторожную птицу. Прекрасно, блин.
Я с большей, чем необходимо, силой повесила куртку на вешалку, ощущая, как каждая клеточка тела кричит от бессилия и обиды. Из горла вырывался тихий, жалобный стон. Хотелось убежать, но куда? Мой мир сузился до этой занозы, засевшей глубоко в сердце, где раньше царили любовь и доверие. Чертовы, ненужные эмоции.
Когда я развернулась, мой взгляд упал на силуэт в гостиной. Свет, падавший из окна, очерчивал его фигуру. Витторио. Он стоял полубоком, вглядываясь в городскую суету, которая кипела внизу. На нем были чёрные брюки и белая рубашка, так красиво облегающая сильные руки.
Бруно уже был рядом с ним, приветственно виляя хвостом. Мужчина полностью обернулся в нашу сторону, гладя собаку, он не сводил с меня глаз. Его взгляд был внимательным, изучающим, словно пытаясь прочесть мои мысли, которые, казалось, выплескивались наружу наперекор моей воле.