- Да, она была не плоха, видно из новеньких, - предположил я. Девушка сильно старалась чтобы произвести на меня впечатление своими умениями.
- Да и какая разница во что одета женщина, если она способна удовлетворить меня. Пусть будет хоть в мешке, главное, чтобы она знала, как управляться с членом и яйцами, - сказал Алордо, поиграв бровями.
Нас нельзя назвать святыми. Да мы никогда и не стремились к этому званию.
- Вот, даже этот ворчун, со мной согласен, - Мэрино не унимался. - Она не похожа на девушек, к которым мы привыкли, но может это и к лучшему, этакое разнообразие.
Я не удостоил его ответом.
Брат выпрямился в кресле и уже серьезно продолжил:
- А может она та, кто тебе нужен, Витторио? Не стоит сразу отталкивать ее своим пренебрежением и холодным отношением. Не боишься, что она сможет передумать?
Я встретился с ним взглядом.
Он младше меня, в его жизни еще не было тех разочарований, которые могли лишить его оптимизма и наивности. Чего нельзя было сказать обо мне.
Мои губы вытянулись в линию, на скулах заиграли желваки.
Стоит напомнить им, истинную причину нашего присутствия здесь.
- Мэрино, единственная причина, почему мы в доме Пахана Братвы – это брак. Браки по договорённости основаны на традиции и рациональности. Этот союз не подразумевает какие-либо чувства. Все ждут от этой свадьбы лишь укрепление отношений наших семей. У девушки нет выбора, это сделал её отец, а, следовательно, она не имеет права отказаться.
Мой ответ был для него недостаточно убедительным. Мэрино прищурившись, недоверчиво смотрел на меня, стараясь считать мои истинные эмоции, но безрезультатно.
Все мое окружение считает меня жестоким, чрезмерно агрессивным и почти всегда бездушным. Я не желал развеивать их мнение обо мне, даже наоборот, я желал закрепить в каждой голове мысль о том, что я не мягкотелый. Либо, что я когда-то мог быть таким.
Я видел, что происходить с людьми, когда чрезмерная забота разрывает человека изнутри. Когда добродетель сталкивается с жестокой реальностью. В результате борьбы этих человеческих эмоций остается лишь пустота, серая и безжизненная, ограждённая стеной, чтобы не допускать былых ошибок.
- А ты не подумал, что она может уговорить отца разорвать договор? – голос брата вырвал меня из мыслей. – Особенно если узнает о твоих похождениях? Не думал, что она потребует верности?
- Геннадий не пойдет на такой шаг, как бы его милая дочурка не уговаривала его. Союз сейчас выгоден нам всем, и он это прекрасно понимает. А на счет верности, то я еще не женат, сомневаюсь, что она
В этот момент в дверь постучали, и на пороге появился один из людей отца, сообщивший нам, что все собираются в гостиной. Официальное знакомство с моей будущей женой сейчас начнётся.
Мы прошли в большую комнату с французскими окнами, открывающими вид на пруд и огромный дуб. Два дивана и несколько кресел стояли вокруг стеклянного низкого столика, на котором располагались шампанское и закуски.
Это не помолвка, а всего лишь знакомство, поэтому нет необходимости в большом количестве гостей. В гостиной уже собралась немногочисленная группа. Присутствовали мы, отец, жена отца - Инес, Фернандо, Геннадий Орлов с супругой, Олег, помощница Геннадия – Галина и его советник Виталий. Опять не хватало только Софии.
Отец и Пахан тихо о чем-то беседовали.
- Геннадий, ваша дочь ощущает себя еще более важной, заставляя нас ждать её? – скучающим голосом спросил я.
Пахан, нахмурился и сильнее сжал свой бокал, но промолчал.
- Для тебя, Розетти, она будет самой важной, - проговорил Олег, подняв свой подбородок и расправив плечи. – Ты будешь ее ждать столько, сколько она этого захочет.
Я ухмыльнулся. Посмотрев на него, я вспомнил себя в семнадцать лет. Безрассудство и отвага.
- Ты совершенно прав, Олег, - быстро сказал мой отец. Ему как капо следует держать дружескую ноту. Союз, заключенный лишь на словах, очень хрупок. – Несомненно, твоя сестра станет для нас важным человеком, вступив в нашу семью.
Отец сурово уставился на меня.