Я застыла на мгновенье, перестала даже дышать.
Как он узнал про ревность?
Гадская суперспособность считывать все эмоции, даже те, что, как мне показалось, зарыты глубоко в моей груди.
Неужели я была тогда настолько очевидной?
Я постаралась придать своему голосу немного больше безразличности, чем я чувствовала на самом деле:
- Не стоит путать открытый флирт твоей девушки с простым приглашением потанцевать.
Он наклонился ко мне. Взгляд Витторио странно потемнел.
- Во-первых, в нашем мире это одно и то же. Стоит любому мужчине сделать женщине комплимент или пригласить на танец, и она уже готова прыгнуть к нему в постель. А во-вторых, она не моя девушка.
Мои плечи напряглись. Он слишком глубоко проник в мое личное пространство.
Конечно, она не его девушка, просто любовница.
- Во- первых, - передразнила я. - У тебя очень ограниченные понятия о женских слабостях. Не все, как ты выразился, готовы прыгнуть в койку за танец или красивое словцо. Во-вторых, а она в курсе, что она не твоя девушка?
- Тот факт, что я её трахал не дает ей какого-либо статуса.
Ауч. А это жестко. Я почти начала жалеть блондинку.
- Но все равно не все такие, - упрямо проворчала я.
- Но, тем не менее, такие девушки есть.
- Да что ты говоришь, правда?
Я сузила глаза.
Его очень затронула эта тема. Неужели он обжёгся на этом? От этого такие проблемы с доверием?
Витторио чуть заметно нахмурил брови.
Бинго. Точно дело в том, что кто-то предал его доверие. Интересно, кто она?
Я продолжила:
- Это скорее исключение, нежели правило. Возможно, ты привык, что твои «не девушки» так себя ведут, но не все такие, как они. Не всем нужны лишь потрахушки.
Он выпрямился, расправив свои широкие плечи.
- Рад это услышать от тебя. И я надеюсь, ты понимаешь, что не стоит забывать об этом, - его голос предупреждающе опустился очень низко.
Боже, как же глупо я себя сейчас чувствовала. Однако, я заставила свою самую наглую ухмылку появиться на моих губах.
В моей голове не было даже намека на мысль, что он станет думать обо мне так, мол, я легкомысленная девка, и решит, что я пойду на этот брак и буду вытворять то, из-за чего могу поставить под сомнение союз и слово отца. Но он не просто думал так, он был уверен в этом.
Чувство эйфории, наполняющее меня после того как Бруно, принял Витторио, а также после нашего танца, исчезло без следа.
Но, как, по-вашему, он должен реагировать, если он меня не знает? Конечно, его реакция довольно ожидаема, мы не настолько хорошо знаем друг друга. Но согласитесь, обидно осознавать, что первое, о чем он подумал, это то, что я сразу после свадьбы побегу ему изменять и портить репутацию своей семьи.
- Слушай, рассуждать о том, что все до одной девушки являются слабыми на передок, конечно, обалдеть как занимательно, но мне нужно отлучиться. Предвидя твой следующий вопрос, который, судя по всему, последует далее, скажу сразу – мне нужно в туалет. Можно?
Я сделала самое невинное лицо из всех доступных мне сейчас.
Витторио даже бровью не повел.
Мой сарказм бил стрелами в его железный щит, но отскакивал, словно мячики для настольного тенниса.
Непробиваемый тип.
- Конечно, было бы неловко, если бы ты обмочилась при всех.
Я засмеялась, но смех получился слишком искусственным.
- Идиот, блять, - вырвалось у меня.
Развернувшись на каблуках, я пошла прочь.
Пройдя мимо нескольких компаний гостей, мило улыбнувшись, я подошла к вешалкам с одеждой.
Надев свою шубку, я выскользнула из шатра и поспешила к особняку.
- Софа!
Я обернулась на голос Агаты, она шла ко мне, приподняв подол своего платья, с накинутым на плечи пальто.
- Подумала, что я должна составить тебе компанию.
Я с облегчением вздохнула.
Агата интуитивно, чудесным образом, всегда знала, что мне необходимо её присутствие. Я старалась аналогично поддерживать её в тяжёлых ситуациях.
Принцип нашей дружбы основывался на безоговорочном, альтруистическом и беспринципном доверии друг к другу.