Девушка улыбнулась.
- Прекрасная аналогия.
- Пойдем.
Мы вышли из машины. Охранники, стоявшие у дверей, кивнули нам. Отец уже в курсе, что мы прибыли. Ему явно доложили, когда мы проехали первый пункт охраны.
Мы поднялись по ступенькам и дверь перед нами распахнулась. На пороге стоял Мэрино.
- Привет, семейство.
Я нахмурился. Не нравится мне веселье брата.
- Здравствуй, - София улыбнулась ему.
- Все здесь? – спросил я вместо приветствия.
- Почти. Джованни опаздывает, но это не удивительно, вчера он выпил намного больше своего собственного веса.
То, что не было этого толстяка, меня не волновало.
- Отлично.
Я провёл Софию в дом. Она внимательно разглядывала интерьер. Инес постаралась впихнуть в дом все безвкусное дорогое дерьмо, что нашла в округе. Статус и деньги отца вскружили ей голову, и она решила, что именно так должен был выглядеть дом капо.
Чушь собачья.
Радует, что отец не разрешил ей декорировать библиотеку. Эта комната была любимой местом пребывания матери.
Я сжал челюсть.
- Все хорошо?
Тихий голос жены вырвал меня из мыслей.
София внимательно смотрела на меня.
Взгляд Мэрино перемещался между мной и моей женой. Он вопросительно поднял бровь, остановившись на мне.
Романтик Мэрино.
Брат верил, что кто-то способен с такой заботой разговаривать со мной. И поэтому казался весьма довольным.
Мой взгляд смягчился, когда я посмотрел на Софию.
- Да, все в порядке.
София сняла пальто, и мы втроём прошли через холл в гостиную, где все собрались.
Я положил руку на талию Софии. Собственнический жест. Посыл и русским, и нашим людям.
- Добрый день, - поприветствовала присутствующих моя жена.
Орлов встал и подошёл к нам. Сурово посмотрев на меня, он обнял свою дочь. София ответила на его объятья с мягкой улыбкой.
Отец многозначительно посмотрел на коробку, которую я держал в руках. Возможно, он понял, что там.
- Наша молодая супружеская пара, - пропела Инес. Это было настолько фальшиво, что зубы свело.
Внутри меня все свернулось от отвращения. Я не переваривал свою мачеху.
- Все хорошо? – тихо спросил Пахан, так что его слышали только мы с Софией.
- Да, - уверенно ответила девушка.
Орлов бросил ещё один взгляд на меня, будто сомневался в словах своей дочери, но отступил и вернулся на своё место к сыну. Олег так же как отец недоверчиво поглядывал в нашу сторону.
- Брак совершён и теперь он будет работать на благо наших группировок, - объявил отец.
- Прошу прощения, капо, но можно ли считать крепким союз, не скреплённый кровью?
Я повернул голову в сторону мужчины традиционалиста, который это сказал. Это был выпад в сторону русских, но задел меня.
София рядом со мной напряглась.
- Может, мы прольём кровь прямо сейчас и скрепим союз, как полагается? - голос Орлова был похож на рычание. – Неужели, Филиппо, в твоем доме так неуважительно относятся к союзникам?
Отец напрягся.
- Этого не потребуется, - спокойно ответил я. Пусть меня распирает желание всадить нож в глаз традиционалиста, я не стал этого делать.
София повернулась ко мне, уголок её рта приподнялся.
Она красива и хитрое выражение лица лишь прибавляло красоты.
Все до одного посмотрели на нас.
- Наш брак консумирован, - сказал я, протягивая вперёд коробку. – Простыни как доказательство.
Я положил коробку на стоящий рядом столик.
Отец прищурился. Большинство присутствующих выглядели ошеломленными.
Раз традиционалисты подняли этот вопрос, они хотели обладать ещё одним рычагом влияния на отца. Упрёки, что мы с Софией не соблюли традицию, имели бы большой вес, ведь не все в Сакра Короне были довольны союзом. У многих были стычки с русскими.
Лица Орловых исказились от мало скрываемой ярости. Наверняка они думают, что я силой заставил Софию переспать со мной. Отчасти я разделял их чувства.