- Ты чертов больной ублюдок, - воет американец, прижимая израненную руку к груди.
Он разворачивается ко мне, пытаясь дотянуться до меня своей целой рукой. Но даже без ранений он был не намного быстрее, поэтому мне не составляет труда увернутся в очередной раз.
Рик был надоедливой мухой, от которой мне приходилось все время отмахиваться, но которую еще рано убивать.
- Удивлен, что ты согласился на эту свадьбу. Вы же хреновы чистоплюи, водитесь только со своими, - Рик сплюнул, показывая свое отвращение. – Неужели ты согласился на то, что твой член не будет первым в этой потаскушке?
Я знаю, я не должен показывать насколько сильно меня задевают оскорбления в адрес моей жены. Я должен носит лицо нейтральности, дабы никто не смог это использовать против меня.
Но, блядь, какого черта со мной происходит?
С каждым словом, произнесенным Риком, кровь в моих венах закипает все больше. Ярость готова вырваться наружу, словно паток лавы из жерла вулкана.
Я больше не хочу сдерживать эту бурю.
Я подлетаю к американцу и вонзаю в него свой клинок. Как только лезвие полностью скрывается в животе Рика, я немного поворачиваю руку, а затем резко вынимаю нож.
Оглушительный крик Рика разноситься по всему помещению с такой силой, что окна начинают дрожать.
Колени старика подгибаются, и он подает на пол.
Я стискиваю зубы. Своим клинком я обрезал очередную нить жизни.
- Ты сам обрек себя на такие муки, - рычу я. – Мало того, что ты предатель. Ты решил совершить еще одну глупую ошибку.
Он уставился на меня своими бледными как у тухлой рыбы глазами. Осознание пришло в его голову слишком поздно.
Я наклонился к Рику так близко, что мои следующие слова мог услышать только он:
- Ты оскорбил мою жену.
Рик хотел что-то сказать, но я не дал ему, полоснув лезвием по его горлу, рассекая сонную артерию и заканчивая его жизнь. Мне надоел его болтливый, грязный рот.
Алая кровь фонтаном брызнула из него, заливая все вокруг.
Рик открыл рот, но послышались лишь булькающие звуки. Через мгновение американец ничком упал на пол. Жизнь покидала его бренное тело с каждым миллилитром крови.
Почти вся одежда Рика приобретала темный оттенок. Рубашка от крови, брюки от остатков продуктов жизнедеятельности. Сфинктеры Рика уже не служили ему как полагается.
Я вытер нож об часть его рубашки, которая было более или менее чистая.
Выпрямившись, я развернулся к людям. Псы остались без хозяина.
Алордо неотрывно наблюдал за мной, наклонив голову. Я уже знал, что он мне скажет, когда мы останемся наедине.
К черту его и все вопросы. К черту Рика. К черту всех вокруг.
- У вас есть, кому заменить Рика? – спросил я ровным голосом.
Они переглянусь между собой, не решаясь высказаться. Даже лопоухий храбрец промолчал в этот раз.
Они боялись меня. Это очень хорошо. Так и надо.
- Кхм, - прокашлялся мужичок.
Я развернулся к нему.
- Ройс, - представился он. – Я был его заместителем.
Он покосился на тело.
- Мне не нравились новые схемы, как и большинству наших ребят. Поэтому, если вы допускаете возможность сотрудничества, то мы будем работать с вами дальше.
- Отлично, - сказал я. – Свою работу вы знаете. А теперь вы знаете, что бывает, когда её не выполняешь.
Мы с Алордо вышли, оставив их самих разбираться с грязью.
По моим венам всё ещё бежал адреналин. Ночная прохлада немного охладила меня, но этого было недостаточно.
- Удивительно, - протянул друг, вздохнув полной грудью свежий вечерний воздух.
- Что именно? – прорычал я.
Алордо мой друг, мы выросли вместе, он как никто другой мог определить моё психологическое состояние, будь оно даже менее очевидным чем сейчас. Это ужасно раздражало.
- Как быстро ты расправился с Риком.
Я направился к машине.
Чёртов Алордо со своими намёками.
- Заткнись, - кинул я, оглядываясь через плечо.
Друг лишь пожал плечами.