Глава 17 Витторио
Когда я ехал домой, внутри меня все еще кипела ярость. Я слишком остро реагировал на слова Рика. Все те оскорбления, произнесенные его гнилым языком, сделали свое дело. Даже его смерть не принесла мне удовлетворения.
Алордо всю дорогу косился на меня, невзирая на предупредительное «заткнись». Да, он молчал, но его взгляд говорил о многом. Например, о том, что он тоже замечает изменения, происходящие со мной, что мне совершенно не нравится.
Поднявшись в квартиру, я обнаружил Софию на диване в гостиной. Она читала книгу, охраняемая своим верным Бруно. Как только я подошел к дивану, пес низко зарычал. Девушка ласково потрепала его по голове.
- Привет, - она приподнялась и отложила книгу.
- Почему ты не спишь? Уже слишком поздно.
Жена улыбнулась, наклонив голову.
- Хотела дождаться тебя. Ты голоден?
Я тяжело вздохнул.
- Я пообедал с Алордо в городе.
- Но это же было днём, а сейчас уже вечер. Хочешь, я разогрею ужин?
Её лицо было обеспокоенным. Взгляд светился добротой и заботой.
Porca miseria! (итал. – Черт побери!)
Уже долгое время меня не встречали дома с таким волнением. В груди появлялось обволакивающее чувство спокойствия. Это было непривычно.
- Да, давай, - я поддался. - Но тебе не обязательно каждый раз ждать меня. Я могу задерживаться очень долго.
- Почему бы и нет, я все равно не сплю, - сказала София, при этом зевнув. Она устала, но дождалась меня.
Девушка серьезно относилась к обязательствам жены.
Она поднялась и прошла на кухню, Бруно следовал за ней. Он больше не рычал на меня, но и от хозяйки не отходил. Верный защитник.
Я прошёл за ними и стал наблюдать, лениво прислонившись к стене.
- Что за книгу ты читала?
- Крестный отец, Марио Пьюзо, - ответила девушка.
Я подавил смешок.
- Что? – София с улыбкой взглянула на меня.
- Тебе не хватает мафии в жизни?
- Достаточно, спасибо. Просто мне нравится эта книга.
- Какая ирония, - протянул я.
- Да-да, я читаю про итальянскую мафию, при этом замужем за итальянским мафиози, вот это совпадение, - с сарказмом пропела София.
- Ты много знаешь итальянцев? - внезапно спросил я.
- СуперБратья Марио считаются? – София сделала невинное лицо. - Нет? Тогда ты первый.
Она прекрасна со своим острым языком.
Девушка улыбнулась довольная собой.
София прошла к микроволновой печи и открыла ее. Достав тарелку, содержимое которой я не видел, она подошла к шкафу. Достала какую-то банку и щедро сдобрила им то, что находилось на тарелке. Затем с торжественным лицом, моя жена обернулась и представила на мой взор огромную миску спагетти с кетчупом.
- Ma dai! (итал. – Да ладно!)
Я закрыл глаза, стараясь не засмеяться в голос, и поднес руку к переносице, сжав её.
- Нет, ты издеваешься?
- А что, ты такое не будешь? – и снова это милое, невинное лицо.
- Это кощунство есть спагетти с этим адовым соусом. Как жена итальянца ты должна знать! – я подошел поближе, вглядываясь в это месиво.
Тарелка в руках Софии начинала дрожать. Рот жены скривился от едва сдерживаемого смеха.
- Ты читаешь Пьюзо и при этом делаешь вот такое? – нельзя отрицать, что меня самого забавлял этот милый розыгрыш. – Стыд и позор тебе, женщина!
София залилась смехом. Он был звонкий, искренний и заразительный, наполняя комнату теплом и радостью. В этот момент казалось, что ничто больше не важно - лишь этот искренний смех.
И я разрешил себе то, что давно считал непозволительным. Я засмеялся.
София хохотала так, что слезы выступили из ее глаз.
- Очень мило, что ты оценил шутку, - сквозь смех послышались её слова.
- Ну, хорошо, что ты хотя бы их не сломала. Это обнадеживает.
- А что? Надо было?
- Mamma Mia!
Все еще хихикая, девушка подошла к холодильнику, поставила туда тарелку с кошмаром любого итальянца и достала сковороду. Поставив её на плиту, включила конфорку. Затем снова вернулась к холодильнику и вынула миску с салатом.