Я придерживался линии, стараясь заставить Софию чувствовать себя комфортно рядом со мной. Поэтому я проглатываю самовлюблённую реплику о том, что её прекрасное тело лишь моё, отрываюсь от губ жены и говорю:
— Ты в прекрасной форме.
Улыбка озарила её лицо. Как и любая женщина, София рада получить комплимент.
Пусть вся моя кровь сконцентрировалась ниже пояса, я всё ещё способен думать и оценивать сексуальность жены. Я не могу не восхищаться ею.
Я опустил руку ниже груди, отчего девушка издала восклик возмущения, но удивлённо затихла, когда я накрыл своей ладонью её трусики.
Обычные, блядь, чёрные трусики.
Сексуальное напряжение между нами достигло максимума. Настолько сильное, что его можно было разрезать ножом.
Я легонько провёл по половым губам, дразня жену.
Моя маленькая девственница замерла от шока лишь на мгновение. Затем, двинув бёдрами, прижалась к моей ладони, давая разрешение двигаться дальше.
Кончиком указательного пальца я поддел край нижнего белья, открывая себе больше доступа. Меня встретила горячая и гладкая кожа.
— Значит, ни один мужчина не прикасался к тебе так? — прорычал я. Указательным пальцем я провёл по щели между половыми губами жены, задевая клитор.
— Нет, — ответила София. Её голос был хриплым от предвкушения.
— Только твои руки прикасались вот здесь? — мой палец скользнул ещё раз вверх и вниз. У меня самого пересохло во рту от желания. Искушение настолько велико, что мне приходится сдерживать себя. Не потерять контроль и не накинуться на Софию, словно какому-то дикому животному, каким я себя сейчас чувствовал.
- Да, - коротко сквозь зубы ответила София. Мелкая, едва заметная дрожь нетерпения прошла по телу девушки.
- Не прикажешь мне остановиться? – поддразнил я, усмехнувшись возмущению, появившемуся на лице жены.
- Ага, мы зашли слишком далеко, давай остановимся, пока нас не заподозрили в неподобающем поведении!
Ухмылка стала шире. Даже сарказм Софии казался мне охренительно сексуальным. Он прошелся по мне словно электрический разряд.
Эта девушка определенно сведет меня с ума.
- Что ж, раз госпожа Розетти не против, значит, можно двигаться дальше, - произнес я, обрушиваясь на губы Софии с очередным поцелуем.
Она издала свой прекрасный стон, отвечая на поцелуй. Её рука запуталась в моих волосах, мягко потягивая их.
Член был так тверд, что это причиняло боль, но я не хотел спешить, желал смаковать каждую секунду и уделить внимание моей девственнице.
Я раздвинул гладкие складки Софии, открывая больший доступ к маленькому нежному бугорку. Девушка судорожно вздохнула. Невероятно мокрая от возбуждения. Средним пальцем я начал выводить круги.
Оторвался от губ жены, чтобы сглотнуть слюну, появившуюся во рту, все еще чувствуя себя гребаным животным.
Затем продолжил ласкать её. Осторожно, показывая, что я сдерживаюсь, что я готов ждать, откинуть свой эгоизм, который сопровождал меня в сексе.
Её бедра двигались в такт моей руке. Я начал более интенсивно стимулировать клитор. Опустил палец ниже, размазывая скопившуюся смазку по влагалищу, проводя опасно близко ко входу.
София затихла, как и в любой новый для себя момент нашей сексуальной жизни. Насторожилась, будто раздумывая, готова она или нет.
– Не переживай, больно не будет, ты готова принять мой палец, – сказал я успокаивающе. Насколько удивительно ласковым прозвучал мой голос даже для самого себя.
София не отрывала от меня своих глаз, всецело доверяя мне. Она лишь кивнула, давая разрешение двигаться дальше.
После согласия жены я аккуратно ввёл ей свой палец. Не спеша, давая её телу привыкнуть, и начал им аккуратно двигать.
Mannaggia! (итал. – Чёрт возьми!) Она невероятно узкая.
София привыкла к ощущениям, которые дарит ей моя рука. Понемногу начиная двигать бёдрами, гонясь за наивысшей точкой наслаждения.
Дыхание стало прерывистым. Наши ласки вот-вот доведут её до кульминации.
Чувствую, как внутри меня разгорается огонь, и я увеличил темп, чтобы подарить ей ещё больше страсти, ещё больше ощущений. Каждое движение — это вызов, каждое прикосновение — обещание незабываемого оргазма.
София крепче сжала мои волосы, оттягивая их. Немного жёсткости даёт импульс, и из моей груди вырывается стон, больше похожий на рычание.
– Извини, – прошептала София, задыхаясь.
Чёрт, эта волчица с нежным сердцем держит меня за яйца, фигурально. Пока что, надеюсь. Они настолько напряжены, что я сомневаюсь в собственном самоконтроле. Я могу кончить только от того, что ласкаю её. От робких стонов, от сексуального румянца, появившегося на щеках, от прикосновений.