— А что здесь, на Западе? — наконец спросил Президент.
— Материк под нашим контролем, — уверенным тоном доложил Министр. Президенту показалось, что Министр заговорил с облегчением. — Мы полностью обезглавили коммунистов и анархистов, а подконтрольные нам социал-демократы сейчас убеждают митингующих в столице разойтись по домам… Кое-где в провинции ещё бунтуют шахтёры и металлисты… но Нацгвардия с ними разберётся в самое ближайшее время.
— Это, конечно, хорошо, что обезглавили гадину здесь, в метрополии, но, если мы не восстановим порядок на Востоке… — Президент не договорил. — Понимаете, чем это нам грозит в будущем?
— Да, господин Президент, — угрюмо кивнул Министр. — Большой войной.
Президент снова помолчал. Не хотелось переходить к главному. Тема пришельцев вот уже полгода была самой обсуждаемой в мире…
Корабль пришельцев появился внезапно — буквально: материализовался вблизи мирового шара, сразу заняв орбитальную позицию над Великим океаном. В течение суток ничего не происходило, а потом от корабля отделилось две тысячи идеально округлых серебристо-белых сфер, каждая диаметром со стоэтажный небоскрёб, и опустились к поверхности. Сферы зависли в небе над самыми крупными городами и с тех пор никак себя не проявляли.
Тогда, в первые дни, Президент объявил чрезвычайное положение; в Министерстве безопасности была создана особая комиссия по противодействию предполагаемому вскоре вторжению; объявлена всемирная мобилизация. Но очень скоро стало понятно, что пришельцы не собираются нападать. Сферы не перемещались, не реагировали на внешние факторы, такие как изменения погоды, за одним исключением: с наступлением ночи они начинали светиться матово-белым, — неярко, настолько, чтобы их можно было видеть снизу. Учёный совет Академии наук расценил это, как дружественный жест и рекомендовал Президенту отменить чрезвычайное положение. Президент выполнил рекомендацию учёных.
Созданная вскоре, на этот раз Министерством науки, другая особая комиссия опробовала разные способы коммуникации с пришельцами, имея целью установление контакта: сферам посылались световые сигналы, радиосигналы, эхолокационные сигналы, в двоичной, троичной и линейной системах кодирования. Безрезультатно. К сферам пытались прикасаться. Безуспешно. На манипуляторы действовала неизвестная и непреодолимая сила, не допускавшая прикосновения. Тогда решили отправить к пришельцам контактную группу. В группу вошли учёные-физики и биологи, а также сам Министр науки, вызвавшийся быть послом Президента и Правительства Единой Республики. На доработанном и испытанном в срочном порядке новом космическом челноке контактная группа отправилась во внешнее пространство к кораблю пришельцев, размеры которого втрое превосходили размеры столицы. Безрезультатно. Корабль никак не отреагировал на сигналы и не позволил к себе прикоснуться, закрывшись тем же «силовым полем», как его назвали учёные из комиссии, что и сферы.
Через четверть года учёные признали своё бессилие установить контакт с пришельцами и переключились на пассивное наблюдение. В то время как неподвластные силе притяжения устройства молчаливых собратьев по разуму продолжали мирно висеть в небе над городами, над Министерством безопасности нависла другая угроза: на материках периферии начала подниматься очередная волна недовольства рабочих. Раньше такие волны удавалось гасить незначительными уступками недовольным и подкупом профсоюзных лидеров, но на этот раз проблема обещала стать серьёзной: рабочие стихийно создавали неподконтрольные власти профсоюзы, в которые вскоре потекли левацки и либерально настроенные инженеры-техники и некоторые отщепенцы-интеллигенты, быстро внёсшие в стихию элементы упорядоченности. Одновременно активизировались откровенно антигосударственные группы анархистов и коммунистов, оказавшие на движение радикализующее влияние. В Мировой Паутине начали появляться провокационные антиправительственные прокламации; несколько опальных писателей опубликовали ранее запрещённые цензурой как экстремистские произведения; участились случаи атак на правительственные и полицейские ресурсы.
От атак в киберпространстве экстремисты перешли к открытым нападениям в городах на стражей порядка и карабинерские отделения. Нападавшие не выдвигали требований, не брали заложников: они убивали карабинеров, забирали оружие и боеприпасы. Вскоре атакам подверглись административные центры, суды и тюрьмы: представителей власти убивали, как недавно убивали охранявших их полицейских. Тут и там восставшие проводили революционные выборы, создавая новую систему власти, ориентированную на социальные низы и этим низам полностью подконтрольную — Советы. Начались гражданские чистки: отряды народных ополченцев устраивали организованные рейды в населённые состоятельными гражданами пригороды и закрытые посёлки, где отстреливали частных охранников и посмевших оказывать вооруженное сопротивление обитателей дворцов, не желавших отдавать имущество в созданные народные фонды. Разумеется, такая наглость повстанцев не могла долго оставаться безнаказанной, и вскоре Президент подписал указ о введении на обоих материках периферии нового, уже не связанного с пришельцами, чрезвычайного положения с последующей отправкой туда полицейских спецподразделений и Нацгвардии.