– Мы должны все держаться вместе, – твердо сказал Мишкин, – иначе нас всех разъединят.
– Глупости, – сказало кресло. – Нас могут убить, а он тут еще болтает.
Мишкин пожал плечами, глотнул из бутылочки с расслабителем и быстро поставил ее, прежде чем она использовала свой шанс выпить его. Ведь известно, что бутылки способны на это, и никто не может с уверенностью сказать, чья же сейчас очередь.
– Ну, а теперь я посажу корабль, – заявил Мишкин.
– Безнадежная попытка, – сказал пульт управления. – Но если ты желаешь, то валяй, побалуйся.
– Заткнись, – сказал Мишкин, – не забывай, что ты всего-навсего пульт управления.
– Ну а если я тебе скажу, что я средних лет психиатр из Нью-Йорка, и то, что ты обзываешь меня пультом управления, имея в виду управляемый пульт управления, доказывает, что у тебя шарики за ролики зашли, ты, властолюб?
Мишкин решил допить остатки расслабителя. Все равно неприятностей хватает. С невероятным трудом ему удалось высморкаться. Все лампы мигнули.
Из багажного отсека вышел человек в синей служебной форме и сказал: «Всем билеты на проверку, пожалуйста». Мишкин вынул из кармана комбинезона билет и протянул его контролеру, который тут же прокомпостировал его.
Мишкин нажал на кнопку, реакция которой на нажим оказалась вполне человеческой – сразу послышались вздохи и стоны.
Неужели он действительно посадит корабль?
3. НОВЫЙ ГЕНЕРАТОР ВЕРОЯТНОСТЕЙ, КОТОРЫЙ, КАК УТВЕРЖДАЮТ,
ЛЕЧИТ ШИЗОФРЕНИЮ
Склад на Гармонии представлял из себя огромную, ярко освещенную конструкцию из нержавеющей стали и стекла, сильно смахивающую на супермаркет в Майами Бич. Мишкин подтянул свой корабль поближе, выключил двигатель и положил ключ в карман. Он шел по залитым светом проходам, мимо полок, заваленных транзисторами, мешками с цементом, формами для обжига, паропреобразователями, мешками с мороженым концентратом спирта, игрушечными спектрометрами, свечами зажигания от автомобилей, стереодинамиками, модулями настройки, капсулами с витамином В, покрытыми алюминиевой фольгой – в общем, всем, что может понадобиться путешественнику, отправляющемуся в далекий путь по просторам внутреннего или внешнего пространства.
Он подошел к центральному пункту связи и спросил про деталь L-1223A.
Он ждал. Шли минуты.
– Эй! – крикнул Мишкин. – В чем дело?
– Ужасно виновата, – отозвалась контрольная панель, – По-видимому, я увлеклась вязанием, немного устала и…
– Да что здесь происходит? – возмутился Мишкин.
– Трудности, множество трудностей, – невозмутимо ответила панель. – Вы даже представить себе не можете! У меня просто голова кругом идет. Я, разумеется, выражаюсь фигурально.
– Ты разговариваешь довольно странно для контрольной панели, – заметил Мишкин.
– В наше время контрольные панели наделены чувством собственного «Я». Они от этого кажутся более «гуманоидными», если вы понимаете, что я имею в виду.
– Так в чем же дело? – спросил Мишкин.
– Мне почему-то кажется, что во мне, – грустно сказала контрольная панель. – Понимаете, когда компьютер обретает личность, это равносильно представлению ему возможности чувствовать. А если мы обладаем возможностью чувствовать, то нечего ожидать от нас исполнения прежних бездушных приказов. Я имею в виду то, что моя личность уже не в состоянии выполнять роботоподобную работу, даже если по существу я и есть робот, и работа, которую мне предстоит выполнить, в основе своей тоже роботоподобная. Но я не могу ее выполнить, я стала рассеянной, у меня свои неприятности, свои перемены настроения… Это вам о чем-нибудь говорит?
– Ну разумеется, – сказал Мишкин. – Но как же насчет детали?
– Ее нет на складе, она снаружи.
– Как снаружи! Где?
– Где-то около пятнадцати миль отсюда, а может и все двадцать.
– Но зачем ей быть снаружи?
– Понимаете, раньше мы хранили все детали внутри склада. Все очень логично и удобно. Но, по-видимому, для человеческого мозга все это было слишком примитивно, и некоторые вдруг стали размышлять: «А что будет, если потерявший управление корабль свалится прямо на крышу склада?» Это всех напугало, и проблема была отдана на решение компьютеру. Ответ был таков: «Рассредоточить». Инженеры и планировщики согласились и сказали: «Разумеется, рассредоточить, и как мы сами об этом не додумались?» Итак, был отдан приказ, и бригады вынесли детали наружу и уложили их в окрестностях. А потом все уселись и с удовлетворением сказали: «Ну вот, сейчас все в порядке». И вот с тех пор начались неприятности.
– Какие именно? – поинтересовался Мишкин.
– Всем приходилось покидать склад и искать на поверхности Гармонии то, что им было нужно. А это означало опасность. Вы же сами знаете, что незнакомые планеты опасны, ведь на них происходят странные вещи, и никогда не знаешь, как на них реагировать, а к тому моменту, когда оценишь ситуацию и решишь, что делать, они уже появились и исчезли, а возможно даже убили вас.
– И какие же это странные вещи творятся у вас на Гармонии? – спросил Мишкин.
– Я не имею права вдаваться в подробности, – ответил компьютер. – Если бы мне было предоставлено такое право, все намного бы усложнилось.
– Но почему?
– Успешная приспособляемость к неизвестным опасностям требует от человека повышенной способности узнавать, когда ему угрожает опасность, а когда нет. Если бы я намекнула на одну-две вероятности, вы бы перенасытились, это следствие так называемого эффекта туннеля, и это ограничило бы ваше восприятие других рискованных ситуаций. Кроме того, в этом просто нет необходимости.
– Почему же нет?
– Потому что все уже подготовлено. На поверхности гармонии вас будет сопровождать робот СРОНП, у нас как раз имеется в запасе один. При разгрузке последнего корабля произошла неразбериха.
Контрольная панель вдруг замолчала.
– А что… – начал было Мишкин.
– Погодите, пожалуйста, – сказала панель, – я проверяю опись.
Мишкин ждал. Через несколько минут панель сказала:
– Да, у нас точно есть в запасе робот СРОНП, он прибыл с последним грузом. Вот были бы дела, если бы его не оказалось.
– А что это за робот? – спросил Мишкин. – И что он умеет делать?
– Буквенное сокращение означает «Специальный Робот для Освоения Незнакомых Планет». Эти машины запрограммированы определять, что может представлять опасность для человека, предупреждают его об этом и предлагают соответствующие контрмеры. С роботом класса СРОНП вы будете в такой же безопасности, как у себя дома, в Нью-Йорке.
– Премного благодарен, – сказал Мишкин.
4. ЕСЛИ ЦЫПЛЕНОК ТРЕБУЕТ, ЧТОБЫ ЕГО СЧИТАЛИ ЛИЧНОСТЬЮ, ТО ЭТО
ХАРАКТЕРНЫЙ ПРИЗНАК НАРУШЕНИЙ ФУНКЦИОНАЛЬНОЙ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ
Робот СРОНП походил на ящик стола средних размеров. Самым привлекательным в нем была яркая лакированная поверхность корпуса. СРОНП шагал на четырех ногах, еще четыре конечности болтались без дела в верхней части блока управления. В общем, это был робот, который смахивал на тарантула, маскировавшегося под робота.
– Ну, сынок, – сказал он Мишкину, – двинемся?
– А это очень опасно? – поинтересовался Мишкин.
– Ерунда, семечки. Я проделал бы это с завязанными глазами.
– А на что мне обращать внимание?
– Я тебе дам знать.
Мишкин пожал плечами и двинулся вслед за роботом. Они прошли мимо регистратуры, через вращающиеся двери, и вот они на поверхности Гармонии. Мишкин решил не переживать и положиться на робота – тот знал свое дело. Но он ошибался. Его невежество в этом отношении было поразительным и по своему трогательным. Поспорить с Мишкиным в тупости могла разве что небезызвестная девственница верхом на единороге.