– Твоя власть не стоит такой цены, колдун! Оргрим замолчал – ему было интересно, чем это кончится. Гул’дан, чуть ли не исходя пеной от ярости, поднял руку. Трое орков, которым не повезло оказаться рядом с ним – включая, как заметил Оргрим, и тех, кто был верен колдуну – забились в агонии. Их жизненная субстанция была не высосана, не извлечена, а безжалостно вырвана из их тел. Белая магическая энергия хлынула в протянутую ладонь Гул’дана. Затем колдун вскинул вторую руку, и из нее потекла тошнотворная, слишком близко знакомая им зелень Скверны.
– Кто-нибудь еще? – вызывающе спросил Гул’дан.
Те, кто еще не успел убраться подальше от разгневанного колдуна, неловко переминались с ноги на ногу. Оркам не хотелось оставаться, но и умереть, как их товарищи и как Дуротан, тоже не хотелось.
– А ты, военный вождь?
Переполненный энергией Скверны, Гул’дан крутанулся на месте и выбросил руку вперед, направив всю накопленную силу прямо на Чернорука. Военный вождь покатился по земле, крича и извиваясь. Его тело корчилось и чудовищно изменялось.
– Ты примешь Скверну, – прокричал Гул’дан, перекрывая мучительные вопли Чернорука, – и станешь сильнее всех орков, в настоящем или прошедшем! А когда Скверна преобразит тебя, ты сокрушишь мелкозубых!
Зеленая волна пронеслась над Черноруком и сквозь него. Мышцы орка раздулись так, что с тела посыпались куски брони. Отростки, похожие на наполненные зеленой кровью вены, обвили его тело и даже металлическую руку-клешню. Чернорук поднял голову, и его глаза озарились пламенем Скверны, настолько ярким, что из них начала сочиться зеленая дымка. Оргрим отвернулся – его тело и душа преисполнились омерзением. Было уже слишком поздно для Дуротана, и слишком поздно для Чернорука. Однако не для него и не для тех немногих, что заново взглянули на колдуна и его козни благодаря жертве вождя Северных Волков.
Когда Оргрим зашагал к лесу, прочь от Скверны и ее лживых посулов, он услышал вопль Гул’дана:
– А теперь – добудьте мне этот новый мир!!!
Черные Топи, неприятель и невинные пленники ожидали короля Ллейна и его войска за следующим перевалом. Гарона, едущая рядом с Ллейном, время от времени озабоченно посматривала на короля.
Небольшая группа молча миновала перевал, и в животе у Ллейна похолодело.
«Северные Волки встретят вас по пути», – сказал ему Медив.
Так и было. Колья с насаженными на них Северными Волками выстроились вдоль дороги – издевательское приглашение пожаловать в огромный орочий лагерь. Ужас сдавил Ллейна за горло, пока он переводил взгляд с одного тела на другое. На шее у некоторых болтались подвески с символом клана. Другим в рот затолкали знамя Северных Волков. И их было так много…
Медив ошибся. Восстание подавили. Их потенциальные союзники превратились в окоченевшие, покрытые кровавой коростой трупы… или даже хуже.
Ллейн глубоко, протяжно вздохнул. Он заставил себя взглянуть мимо жуткого зрелища, мимо моря орочьих палаток – на клетки, набитые пленниками. То были его люди, пока еще живые. Пока. А за ними возвышались Великие Врата. Темный портал, который вскоре изрыгнет из себя поток беспощадных воинов-орков. Орда обрушится на Азерот, вырезая под корень его соплеменников. Скверна, придающая им столь свирепый вид, высосет из Азерота все жизненные соки, оставив его таким же сухим и бесплодным, как родной мир орков. Это уже началось. Черные Топи еще недавно были болотом, но вокруг портала осталась лишь растрескавшаяся земля – мрачный предвестник того, что грядет в будущем.
Если, конечно, их не остановить.
– Что ж, остались лишь мы, – сказал король.
Внезапно скрытые катапульты обрушили на них град из камней и пламени. Они угодили прямо в ловушку. Их поманила надежда и подстегнул страх, и, вероятней всего, смерть скоро постигнет всех воинов трех легионов, которые по приказу Ллейна ввязались в эту губительную авантюру.
Гнев прогнал отчаяние. Гнев и восторг перед тем, как храбро держались его войска. Ллейн выхватил свой меч.
– Доверьтесь своему опыту! Доверьтесь своему оружию! Скачите со мной! Северные Волки пали, но с помощью Стража мы все еще сможем уничтожить Врата и вернуть наших людей домой!
Над рядами солдат пронесся горделивый клич. Хоть и исходил он из прискорбно малого количества ртов, но в нем звучала страсть и отвага. В ответ прозвучал другой клич, более свирепый и хриплый, и армия орков встретила их на полпути до лагеря.
Гул’дан был недоволен тем, как все повернулось. Северный Волк довел его своим упрямым нежеланием умирать до грани безумия, и колдун опрометчиво прибег к помощи Скверны на глазах всей толпы. Он потерял нескольких своих лучших бойцов, включая Оргрима.