Тысячи топоров волною поднялись над армией гномов. Поднялись бесшумно. Все знали, что хор тысяч глоток, усиленный эхом, вызовет сход лавин или камнепад, что гномам совсем не на руку.
Костлявая армия приблизилась к зоне действия орудийных расчётов. Пятьдесят фитилей зажглись почти в одно время. Заряды вырвались на свободу из крупных дул, вздымая в небо чёрный дым. Ещё в воздухе каждый объяло пламенем. Эти огненные стрелы перелетели стройные ряды хирдов. Описав широкую дугу, они впились взрывами в белесую армию, разрывая землю, сжигая и уничтожая скелеты горючей смесью.
— Алхимия — немалое достижение армии гномов, которое подняли со времён заселения гор на небывалый уровень, — услышал Андрен от одного из гномов-магов.
Едва раздались первые взрывы, чёрный туман отпрянул, показывая полчища костяков. Лишая малая их часть уже никогда не поднимется с земли.
— Так им, причешем костяков!, — Закричал один из гномов и прочие одобрительно загудели.
Вновь сорок восемь выплюнули в небо начинённые ядра. Одна из пушек отказалась стрелять. Ещё одну по неопытности артиллеристы, у которых давно не было боевой практики, переначинили, превысив заряд. Тот разорвался, не вылетев из дула, заживо сжигая трёх гномов.
Артиллерия не прощает ошибок.
Андрен отметил, что хоть алхимия и покорилась гномам, но вот когда последний раз чистили пушки, да и вообще занимались стрельбами — большой вопрос.
Оружейные расчёты ещё дважды выплёвывали в небо огненные шары, прежде чем костяки приблизились на расстояние, достаточное для пуска болтов с арбалетов. Андрен кивнул Саратону, тот подал знак, и тут же две тысячи болтов взлетели высоко над головами, посланные с возвышенностей гор.
Пробивной ливень смерти с тяжёлыми наконечниками пригвоздил к земле широкие просеки костяков.
— Всё равно, что получить удар палицей в зубы. — Обронил Грок, тревожно потирая топор рядом с Саратоном.
Черепа, рёбра, ноги, руки, всё перемешалось в осколки, крошки.
Андрен сам поднял руку. И в бой вступили маги камня. Целые горы глыб ожили, преобразовавшись в каменных великанов с подобием рук и ног. Големы вышли вперёд. Гномы-воины расступились, давая коридор массивным воинам.
Каменные создания, издавая жуткий грохот падающих камней, пошли крушить армию костяков, втаптывая в землю и разбивая кости ударами каменных глыб. Если болт разбивал кости, то каменные плиты превращали костяков в муку.
— Неплохие големы, — улыбнулся Грок и зацепил топор за петельку на поясе. Освобождённые руки принялись чертить фигуры, напитывая пассы маной и намереньем мага. Голем, самый большой из всех, отделился от скалы и стремительно побежал по полю, на ходу пиная мертвяков, костяков. Безошибочно распознав на поле костяного монстра, он бросился к нему.
Кости и камни сошлись на поле. Бил голем и летели кости на землю. Бил монстр и летала на землю каменная крошка. После обмена десятком ударов, камень оказался крепче. Костяной монстр пал, потеряв голову от мощного хука с правой. Но тут же в спину голема прилетел зелёный заряд. Он коснулся мощной спины, впиваясь в камень кислотой. Затем окутал парами всего голема и расплавил камень. Некроманты не дремали. Магия смерти витала над полем.
Грок, ругаясь, схватился за топор. Хотелось пробиться к некромантам, но Саратон медлил. Из пятидесяти пушек к тому моменту в рабочем состоянии остались двадцать восемь. Но каждый новый выстрел грозил уничтожить те на месте, вместе с артиллеристами. Дула раскалились, гномы обжигали руки. Конструкции требовали срочного ремонта.
— Прекратить огонь!
Разных форм и размеров големы тяжело бродили среди наступающих костяков, как неразумные дети бегают среди цветов по полям, уничтожая и втаптывая их в землю. Костяки не обращали внимания на потери, упрямо тянулись к горам. Гномы все как один подняли головы: чёрное небо обрушило на големов костяных драконов. Десятки воздушных костяных бастионов атаковали каменных созданий с неба. Драконы пикировали с большой высоты, чудовищными когтями круша камень, словно тот состоял из глины. Два вида магии, камень и смерть, сплелись в смертельной хватке под мудрым руководством хозяев-магов, играющим с потоками силы из укромного места.
Андрен выжидал главного удара. Големы на поле заметно поредели. Маги-гномы с непривычки падали в обморок от истощения или возврата удара, если не успевали распознать опасность — хозяева при двустороннем управлении каменными крепостями отвечали за свои создания. Каждый коготь, пронзавший голема, отчасти приносил урон и магу.