Андрен поднял руки, устремив взор и руки в облака. Десятки ветвистых молний разрезали небо и пронзили драконов, ломая костяные крылья, впиваясь в грудь, что не скрывала лёгких, частично сжигая и обугливая костяки. Маги камня сами без команды вновь создали круг силы, замкнув руки и отдавая накопленную энергию Андрену. Магии Камня в небе делать нечего.
При попадании молний в драконов на этот раз на землю попадали некоторые некроманты на другой стороне поля. Контроль над костяными драконами занимал всего представителя школы смерти. Мёртвый дракон — создание мощное. Он требовал полного умственного контроля, иначе грозил свалиться на головы собственной армии.
Бой уже кипел по всему полю. Арбалетчики принялись стрелять без устали. Костяки, обступая големов, выживая от молний и болтов, подступили к хирдам гномов. Молодые воины нетерпеливо сжимали оружия, готовые ворваться в бой немедленно. Костяки не вызывали особого ужаса — деды сталкивались с ними и ранее. Не страшнее демонов, которыми старики пугали молодёжь, передавая легенды о сражении Двалиана в горах.
«Теперь только на прорыв. На прорыв до самого серого незнакомца», — прикинул Андрен.
Саратон уже поднял в небо топор и закричал во всю мощь лёгких, больше не опасаясь обвалов и лавин:
— Герои гор, вперёд! Разметаем костяков! Достанем главного! Марш-броском в лапы смерти! За мной!!!, — И первым помчался вниз.
Стройные ряды хирдов ощетинилась алебардами, копьями, топорами, малыми арбалетами, прикрылась щитами. И все боевые порядки, как единый боевой механизм, устремились с разгону на армию костяков.
«Порядок выступления и построения, действий сообща — этого у гномов было не отнять, не смотря ни на чьё правление». — Невольно подумал Андрен, нанося очередной магический удар по костяным драконам в небе.
Гномий хирд представлял собой подобие когорты человеческого легиона. Он состоял из пятисот участников, которые в строгих порядках зависели друг от друга, как части тела в едином организме. Пять тысяч гномов — десять хирдов, вклинились в шеренги костяков. Тысячи ощетинившихся оружий уничтожали костяков и монстров моментально, исполосовав их кости и гниющую плоть вдоль и поперёк.
Грок ворвался в бой вслед за хирдами и новым королём. Гномы оставляли за собой широкие просеки перемолотых костей, но река скелетов, словно не замечая потерь, затягивала раны. Хирды шли по полю с боями, расчищая перед собой площадку в этом бесконечном Море костей. Марш-бросок не мог остановить мёртвых, но мог помочь прорваться до правителей этой армии.
Андрен, видя, что гномьи силы тают, как льдинки в кипятке. Маги Камня сползли на колени, многие хватали ртом воздух, прочие были бледны, сказывалась крайняя степень истощения. Князь, видя, что от магов уже мало толку, выхватил меч и бросился следом за хирдами.
Каждый шаг приближал гномов к заветной цели, но каждый шаг оплачивался кровью. Потери множились. Но армия была жива, пока жива её цель. Целью гномов было сохранить своё место под солнцем в мире Варленда. И дрались они за него до последнего.
Андрен не сразу настиг короля и Грока. Но едва встал с ними рядом в шеренгу, как его словно отрезали от боя. По правую руку атаки единичных оставшихся после хирдов скелетов отражал топором Грок, по левую руку тяжёлым молотом рубился неутомимый Саратон. Оружие его было в два раза меньше молота предыдущего короля, но от того не менее славным. Некоронованный король не стал прятаться за плечами подданных и предпочёл ближний бой. Князь проникся к нему уважением. Саратон был готов костьми лечь, чтобы спасти гномов.
Чем дальше продвигались, тем плотнее был натиск белой смерти. С каждым шагом всё сложнее оставаться в живых. Андрен, памятуя о том, что горы далеко позади, закричал, вспоминая на ходу слова, переиначивая некоторые на свой лад:
Одобрительный хор прокатился по поредевшим хирдам. С новыми силами гномы стали рубить врага. Скрипя зубами, преодолевая боль в ноющих мышцах, били, что есть мощи, рычали, но дрались.
Андрен снова запел: