В путь вышли через два часа. Провиантом и золотом нагрузили под завязку. Вернули коней. Сами гномы на лошадях ездить были не любители. Только для торговли использовали тягловых, медленных. Те тащили повозки не сёдланными.
Крепко распрощавшись с Саратоном и дав Гивиру запечатанное письмо для Мечеслава и Вия, путники тронулись в далёкий путь на север. Дорога лежала через земли Некрономикона до самой ледяной Ягудии.
— Кстати, а что нам делать на севере?, — На всякий случай спросила Варта.
— Архимаг намекнул, что там могут быть ответы на мои вопросы как следующему по пути некромантии.
— Некромант из тебя ещё хуже, чем огневик. Ты же ещё ни одного скелета не поднял, — добавила Чини. — Так что получив ответы, не забыть бы цену вопросов.
Восточный Некрономикон.
Десять дней пути прошли за размышлениями. Андрен был молчалив с тех пор, как проскочили разрушенную академию Некромантии. Он не мог понять, почему ощущает ностальгию. Словно когда-то уже бродил по этим землям. И академия казалась ему знакомой. Но как такое возможно, если, сколько он себя помнил, они никогда не покидал Старое Ведро в детстве, а по заданию Великой академии был лишь в Храме, на севере и Княжестве.
Грока же удивляло, что дорога ни разу не столкнула их ни с одним встречным: живым или мёртвым. Ни птиц, ни зверей. Редкие звуки предлагал лишь завывающий ветер. Мёртвые земли лишились даже последней иллюзии жизни после похода на юг. Некроманты выпили её до дна.
— Сюда бояться заглядывать даже дикие Зеленокожие, забыв про свои северные территории. Не это ли стало причиной, почему они нападают на людей южнее? Их ордам больше некуда деваться. — Рассудил Грок.
— И верно. До гномов в горах ещё добраться надо. — Добавила Варта, оглядываясь на каждый звук. Ветер гонял павшую листву. Казалось, что вокруг движутся сотни невидимых ног, а воют сами духи павших.
Безмолвные города мёртвых пугали до мурашек Варту и Чини. Кладбища, зиккураты, склепы, безымянные разрытые могилы… Всё было разворошено, лишено векового спокойствия. Все вскрыто большим магическим ножом. Земли, где нечем поживиться даже стервятникам, не давали спать, держа в напряжении днём и ночью.
— Когда уже закончится это место, где взвоет от тоски даже мародёр?, — То и дело спрашивала Чини. — Каждое пристанище усопшего вскрыто, растревожено, каждый склеп разворошен жуткой магией. Кости мёртвых покинули свои пристанища под зовом некромантов и никогда более не вернуться на свои места. Никогда им не обрести покоя, как прежде.
— Жуткий тип этот Архимаг. Как мало я знаю Бурцеуса, оказывается, — пробурчал Грок, разглядывая очередной вскрытый склеп. Тот словно был взорван изнутри; каменные плиты сложились и обрушились внутрь, как будто были сделаны из мокрого песка, а не мраморных плит.
— Сами некроманты не додумались бы до такого поступка, — голос Андрена прокатился по кладбищу. Очередному, какое проезжали за последние дни. — Зачем мёртвым горы?
Небо над головой сгустилось и потемнело. Ветер пропал и повалил густой, крупный снег. Каждая снежинка размером с садовое яблоко.
— Ещё и зима пришла, зябко, — вздохнула Чини, не покидая тёплого кармашка в плаще Андрена. Маленькая шкурка уже не давала достаточно тепла, чтобы быть самостоятельной. Приходилось греться от тела человека.
— Хомо, — раздался голос рыси на седле за спиной Андрена, — зима в этом году и так задержалась. Не укроет поля, не будет урожая в следующем году.
Морская свинка выглянула из кармашка, посмотрела на рысь, как на врага народа:
— Тебе то чего жаловаться? В такой шубе хорошо даже на снегу спать. Бегаешь по снегу, резвишься, а как устанешь, так на седло за спину Андрена. Греться и греть. Да, мохнатая?
— От мохнатой слышу!
— Ребят, а вы никогда не задумывались, откуда в Некрономиконе столько могил?, — Подал голос Грок.
— И вправду, чьи они?, — Переспросила Варта.
— В имперских хрониках про эти земли ничего не сказано. — Андрен поймал ртом снежинку, облизнулся, продолжил. — Но до летописных времён народы немало повоевали за наследие Конструктора. Великие артефакты стали родоначальниками многих войн.
— Или народы воевали с Долунными демонами. — Добавила Варта. — Все вместе.