Сон, как рукой сняло. Я выскочил из тачки и погнался за вором, однако прокаченное восприятие меня остановило. Я покинул туда ещё немного энергии и получил картину того, чего не заметил бы обычным глазом. Цоколь ничего не украл с панели, это был лишь трюк, рассчитанный на реакцию. Он хотел, чтобы я за ним погнался, но зачем?
По звуку крадущихся шагов нахожу за машиной второго гопника. Тот вплотную подкрался к водительской двери. Коротким движением ноги подбиваю свою дверь, из полки в воздух подлетает алюминиевая банка с пивом, хватаю её и на развороте запускаю через салон к водительской двери. Хулиган с пробитым ухом высунулся над дверью Кохи. Запущенная с добавлением силы банка должна была сломать ему нос и наградить сотрясением, но ловкач уклонился. На долю секунду пригнулся, будто поплавок, пропустил летящую банку, а затем вынырнул и стащил из зажигания ключи.
Такого я уже не мог не только стерпеть, но и допустить. Толкнулся от асфальта, пролетел через салон и вылетел из водительской двери. С группировкой приземлился через голову и в десять быстрых шагов нагнал Пробитое ухо. Подсёк сзади по ногам, и тот от души приложился об асфальт.
Прижал за шею к земле, но не уследил всего на секунду. Признаться, я и не думал, что побеждённому придёт в голову сопротивляться! Извернувшись боком, Пробитое ухо дёрнул кистью и отправил ключи в воздух. Цоколь подхватил связку, но прежде метнул раскладной нож. Я откатился в сторону и проводил взглядом лезвие, а Пробитое ухо к тому времени уже отбежал на двадцать метров.
И вот стою я посреди заправки в трёх сотнях километрах от города на Нейтральных Землях и понимаю, что пара наглых желтяков оставили нас без машины. Восприятие на пару с интеллектом придумали план, но мне становится даже неловко от того количества действий, которые нужно провернуть, чтобы вернуть ключи. Представляют ли эти засранцы, что лох перед ними пару дней назад участвовал в Королевской битве? И сейчас мне нужно догонять одного, вырубать его наглухо, чтобы они не играли со мной в переброски, потом гнаться за другим, который к тому времени убежит метров на триста… Да за что мне это?!
— Причём тут я?! Я вообще их не знаю! — прервал мои размышления пацан с йо-йо.
Коха выволок третьего за шиворот с заправки, бросил на землю и прижал ногой. Тяжелый взгляд проводника скользнул по пацанам, а затем обвинительно уставился на меня.
— У вас десять секунд, шмакодявки заправские, чтобы вернуть ключи! — крикнул Коха. — Потом я сломаю вашему придурку обе ноги и засуну эту пластмассовую хреновину в задницу, а, чтобы неповадно было, позвоню Плинтусу и расскажу, что его малолетки обувают уважаемых нейтралов!
Цоколь не сильно впечатлился, когда Коха угрожал его другу, но изменился в лице, когда услышал, про некого Плинтуса. Посмотрел на Побитое ухо, тот пожал плечами.
На всякий случай я подался ближе к машине. Одно дело упустить ключи, и совсем другое — лишиться тачки. Не удивлюсь, если ловкачи проделывали такой трюк уже не раз. Отвлечёшься на секунду и останешься посреди Нейтральных земель на своих двоих.
Коха разглядел сомнения на лице Цоколя, сунул руку в карман и достал телефон:
— Плинтус отправляет провинившихся в шахты. Поедете вместе или по-отдельности?
— Дерьмо! — ругнулся Цоколь и кинул мне ключи. — Повезло тебе, лошара!
Держась подальше от Кохи, пацаны проследовали на заправку. Я же почувствовал себя провинившимся и поспешил к пассажирской двери, но крик проводника приковал к асфальту:
— Куда?!
— Что?!
— Заправляй бак, раз уж выперся!
… … …
Оставшуюся часть пути мы ехали в тишине. Вопросы мне задавать запрещалось, а Коха был не в настроении болтать. Единственное, что он мне сказал, высаживая на дороге перед ранчо:
— Если не сдохнешь и понадобится машина обратно — номер ты знаешь.
— Ладно, — я закинул на плечи рюкзак и хлопнул дверью. — Спасибо.
— Тут не так, как в городе, — буркнул Коха, развернулся, съехав двумя колесами на обочину, и погнал дальше по трассе.
Я остался на утоптанной грунтовой дороге, которая вела к ранчо. Её водило из стороны в сторону, на пути встречались булыжники и лужи в разъезженных ямах. Островок между колёсными колеями порос травой. Раньше машины тут ездили часто, сейчас — нет.
Ночь загородом наступает быстро, вдали ещё виднелась розовая полоса заката, но чёрное небо, будто адская вытяжка, высасывала с земли остатки света. В редких разрезах флотилии облаков мерцали звёзды. Вдали от городских огней они казались россыпью драгоценных камней, брошенных на тёмно-синий бархат.