– Слишком громкое заявление, Питон! – Варёный наклонил голову. Прежде он хотя бы притворялся, что рад нас видеть. Спустя секунду – посылал взглядом в задницу. – Я никогда не делаю брак!
– Но в этот раз сделал.
Слова Питона звучали, как звериный рык, а глаза привычно бегали, отслеживая обстановку. Тело напряглось. Разгибались и сгибались фаланги пальцев, подошва растирала бетонные крошки. Если бы мне довелось приехать к Варёному, чтобы от лица Биты заключить сделку или уладить деловой вопрос, я бы ни в жизнь не взял с собой Питона. Удивляюсь, как он ещё не бросился на этих придурков или не вытащил ствол. Питон – дикарь. Не такой дикарь, как Томагавк, но похожей породы. Он чувствует себя уверенно, а злость толкает на безумные ходы.
К счастью, мы приехали не для того, чтобы улаживать вопросы или заключать сделку. Мы приехали, чтобы показать, что мы не боимся, а ещё, что мы чуточку прибитые, отсаженные и чокнутые. Питон для этих целей подходил лучше всех.
– С чего ты взял, что я продал бракованный ингредиент?
– В общей структуре компонента присутствует техническая жидкость, – взял я слово, глядя, как Питон набирает полную грудь воздуха. Боюсь представить, что он собирался ответить Варёному. По дороге Питон грозился напоить химика его же говном-ингредиентом.
– Ты кто? – Варёный посмотрел на своих, а затем на Питона. – Кто это?
– Он с нами! И слушай, что он тебе говорит! В общем, мать его, в структуре гуляет какая-то левая жидкость! А левые жидкости нам в работе на хрен не нужны!
Лысый дёрнулся, и я увидел улыбку на лице Питона. Он словно ребёнок, которому показали новогодний подарок. Ещё немного и не выдержит. Разорвёт упаковку, не дожидаясь курантов. Мне нужен был псих, который выглядит как псих, а не псих, который действует как псих. Впрочем, другого психа у Биты не нашлось…
– Это исключено.
– Попроси своих девочек сходить в машину и принести контейнер!
– Не борзей! Ты у меня в гостях! – Варёному было тяжело держать себя в руках, но он делал это лучше, чем Питон. – Твои люди приняли товар и поставили подписи! Вот!
Варёный потряс перед нами документами.
– А ты подготовился, я смотрю? – высказался Питон о том же, о чём подумал и я. – Всегда бумажки с собой таскаешь?!
– Я не обязан перед тобой отчитываться!
– Ты обязан отчитаться за свой товар!
– Товар отличный! Брак исключается технологическим процессом! Хотя что я тебе объясняю! – Варёный махнул рукой на Питона и посмотрел на меня. – Ты сказал, что в компоненте примеси технических жидкостей?
– Да, – я кивнул.
– Пойдём! – Он развернулся и мотнул головой. – Я покажу!
Питон посмотрел на меня, я пожал плечами и двинул за Варёным. Мы обошли несколько ёмкостей, поднялись по лесенке на металлическую платформу и оказались у лифта. Внутрь вошли все. Грузовая кабина вместила бы и десяток человек, а пятерых даже не почувствовала. Вышли на третьем уровне. Прошли по хитрым сплетениям проходов и остановились на операторской площадке.
Сверху открывался обзорный вид на весь цех. Технолог, или оператор следил с этого места за процессом. Отслеживал общую картину жизни фабрики и при необходимости вмешивался. Впрочем, для любителя зрелище представлялось крайне непонятным. Чаны, ёмкости, баки, контейнеры и хаотичные переплетения километров труб, будто клубок ниток, с которыми поиграл котёнок.
– Процесс производства контролирует не только человек, но и электроника, – Варёный показал пальцем в железную коробку с парой светящихся зелёных лампочек. – Система не позволяет выпустить брак.
Разговор ушёл в другую плоскость. Вместо того чтобы посмотреть на товар, который мы привезли, Варёный решил провести экскурсию. Втирал про системы контроля, ограничители и сепарацию.
Модуль контроля качества в режиме онлайн отслеживал состав продукта, а автоматические клапаны сбрасывали брак в хвосты, если такое случалось. Он водил нас по этажам, показывал чаны, приборы с давлением и мешалки.
Питон спросил, каким боком нас должна заинтересовать вся эта мудрёная хрень. Варёный отмахнулся, уверил, что скоро мы всё поймём, и повёл нас к следующему производственному переделу.
Отчасти экскурсия была познавательной. Я приблизительно понял процесс выделения полезных веществ из природных компонентов и понаблюдал за формированием цельных химических единиц. К сожалению, я понял далеко не всё. Работа с составными компонентами отличалась от производства ингредиентов. В некоторых ёмкостях я различал знакомые цвета, видел, как они образуются, но не мог спуститься на ступеньку ниже.