Почему цепи зазвенели так поздно, для меня осталось загадкой. Но случилось то, что случилось. Единственный в этой комнате и один из немногих во всём городе я представлял, что случилось с материей Питона. А случилось нечто пугающее…
У меня не получилось изучить бешеный коктейль досконально. Ингредиент слишком сильный, чтобы познать опытным путём на себе, и слишком сложный, чтобы разобраться наблюдениями. Тем не менее кое-что я про него знал. Если представить пересечения основных и вторичных характеристик в виде костров, то усилители являлись временной вспышкой от разного вида топлива. Первое зелье, что я делал в Аквариуме – куча сухого хвороста, второе – брикет торфа, усилители от винарса – канистра бензина, бешеный коктейль – тротиловая шашка, обмотанная детонирующим шнуром. И эта шашка взорвалась прежде, чем новичок ударил.
Рецепт на основе бешеного коктейля разжигает в груди Питона топку. Звенья и вторичные связи расширяются. Повышаются температура и уровень вибрации. Структура ходит ходуном и предупредительно мерцает, но выдерживает, даруя носителю пугающее усиление.
Питон собирает энергию в груди и делает глубокий вдох. Наркотики, которыми его накачал Рога, перестают действовать. Материя очищает кровь в считанные секунды. Пит напрягается и рвёт намотанную в пять слоёв цепь. Звенья выстреливают в потолок и застревают в штукатурке.
Даже сквозь козырёк второго этажа я вижу свечение его материи. Она перекрасилась в насыщенный бордовый. Цвет остывающей лавы. Цвет крови… Боюсь представить, насколько сильно увеличилась основная характеристика восприятия, но Питон чувствует мою материю. Он знает, что я здесь, хоть и не видит меня. Он знает, что говнюки прижали меня и собираются убить. Он знает, что он должен сделать.
В двух метрах от меня взрывается пол. Паркетные доски разбрасывает в стороны. Под действием ударной волны разъезжается мебель. Меня отбрасывает, но крепкие руки варвара удерживают на месте. Новички замерли с открытыми ртами и смотрят в сторону взрыва. Материя высосала меня досуха. Она поставляет энергию только на поддержание жизни – дыхание, работу внутренних органов. Спорить с ней сложно, но я спорю. Крою трёхэтажным матом и требую чуточку сил, чтобы просто повернуть голову. Она соглашается.
Это не взрыв. В двух метрах от меня стоит Питон. Бордового цвета материя похожа на бычье сердце. Огромное и мощное, оно гоняет по телу кровь, но я знаю, что это не кровь – это энергия. И Питон заряжен ею по самое не балуй.
Новичок бросает ногу, целит в челюсть. Пит опережает его в скорости раза в три. Смещается влево, будто дёрганая голограмма, и бьёт ребром ладони в колено. Нога новичка выгибается в обратную сторону. По залу разносится хруст, от которого я содрогаюсь. А нет, не я. Трясёт парня, что держит со спины. Вернее, держал…
Питон пробивает прямой в челюсть. Ей-богу, фраза «положил подбородок на плечо» не кажется метафорой. Лицо паренька выворачивает до неузнаваемости, глаза мутнеют, материя гаснет. Гаснет навсегда, будто перегоревший светодиод.
Пит поддерживает меня за спину и помогает плавно опуститься на пол. Затем касается рукой земли, будто легкоатлет перед стартом, и срывается к Чаппи. Порох взрывается трижды. Питон разрывает дистанцию, будто порыв ураганного ветра, но всё же ядра сбивают его прыть.
Представляю, как через секунду мой друг оторвёт голову этому безмолвному засранцу, но в планы вмешивается Рога. Босс варваров сваливается на Пита, будто пикирующий коршун. Пит сносит мебель и столы, но не чувствует этого. Преграды из дерева и алюминия для него – не твёрже бумаги. Бросок Роги бесполезен, разве что Пит на секунду потерял координацию.
Звучит следующая серия выстрелов. На сей раз их пять. Ядра делают три дырки в груди, и ещё два входят в лоб. Пита ведёт. Он запрокидывает голову, цвет материи меняется с бордового на алый…
Пожалуй, так близко к смерти я оказался в первый раз. Впрочем, получать приходилось. Восстанавливать травмированную материю и корчиться в ванной с простреленными ногами. Как и в предыдущие разы, я часто отдавался инстинктам или эмоциям, но не материя. В подобных делах материя знала, что делать, намного лучше меня.
Раскуроченная структура собиралась в более или менее устойчивую модель. Но какой ценой? В конце концов она обделила даже лёгкие. Я втягивал воздух раз в десять секунд и едва ли не задыхался. Материя использовала каждую каплю энергии, каждую заначку, каждого укрывшегося халтурщика, чтобы заставить всех их заняться делом.
Новичок с вывернутой челюстью погиб на месте. Второй с переломанной ногой кряхтел и скулил. Моё состояние было средним между первым и вторым. Но моя материя лучше. Она использовала все доступные ресурсы, чтобы вернуть мне управление телом.