Коленом давит на внутреннюю сторону бедра. С силой раздвигает ноги, протискиваясь между ними.
– Натрахалась с ним?
Даже его голос похоже на рычание. Низкое, утробное. Тон человека, который себя не контролирует.
– Напиздела, что после свадьбы даёшь?
Пальцами мою попку сдавливает, к себе подтаскивает. Его движения отрывистые, резкие.
Его будто изнутри рвёт.
– Или он цену правильную назвал. Так ты называй, блядь. Хули скромничаешь? Я уже понял, что ты пиздливая сука.
Его слова бьют наотмашь по пылающим щекам. Я рваными вдохами пытаюсь дотянуться до кислорода.
Но вместо этого…
Лишь горю сильнее.
– Да! – рявкаю в его перекошенное от гнева лицу. – Спала с ним. И мне понравилось. И с ним хочу. Хочешь знать цену за мой секс? Чтобы это Гоша был.
– Сука.
Рычит, сдавливая мои скулы до сильной пульсации. Вгрызается в губы. Не целует, нет. Кусает. Метку ставит.
Жар его тела прорывается сквозь ткань одежды. И это тепло отзывается внутри, заставляя моё сердце биться всё чаще.
Ненавижу его. Ненавижу!
Но почему-то в этот поцелуй я вкладываю всю собственную ненависть. Отвечаю пылко, отчаянно.
Хватаюсь за воротник футболки. Задушить пытаюсь. Точно! А целую отчаянно – так чтобы вдохнуть не мог.
Это план по убийству, ага.
Внутри меня всё бушует, словно ядовитого вина глотнула. Во рту терпко, голова кружится. Агония сплошная.
Мужчина целует меня. Снова и снова. Выплёскивает свои эмоции, которые мои отображают. Гнев, страсть, ненависть.
Я отвечаю, хотя не должна. Нельзя. Мои пальцы путаются в его волосах. Просто оттянуть хочу.
Варис кувалдой сносит мои внутренние стены, заставляя чувствовать себя незащищённой.
Я подрагиваю под его касаниям. Крупные ладони скользят по моему телу, выдёргивают реакцию наружу.
Я охаю, когда пальцы оказываются на моём лоне. Вдавливают трусики, трут ожесточённо.
Возбуждение – похоже на наказание. Кусается, вспарывает. Огненными вспышками разносится по телу.
Моё тело окликается само по себе. Не слушает писк разума. Всё заглушает барабанный стук сердца.
В бедро упирается внушительный стояк. Давит, заставляя вздрагивать от любого прикосновения.
– Ненавижу! – цежу, касаясь его влажных губ. Влажных от моей слюны.
– Похуй, – с остервенением дёргает на мне сарафан. Ткань трещит. – Хоть проклинай, пока подо мной кончать будешь.
– Не буду!
– И снова – похуй.
Зверь! Подлец! Негодяй!
Очередное напоминание, что Варису плевать на всё. И на меня. И на моё удовольствие. Ничего не имеет значения, пока он получает желаемое.
Ставит зарубку, что всё-таки переспал со мной.
А дальше…
Дальше можно снова к другим возвращаться. Одна девка, другая… Ему ведь всегда всё равно было!
Не будь сегодня меня здесь – он бы другую блондинку вызвал, да?
– Не смей! – кричу, собирая всю силу в кулак. – Не смей меня трогать!
Я отталкиваю его. Пинаюсь. Кусаюсь, впиваясь зубами в шею. Я в настоящую фурию превращаюсь, перед глазами всё красное от ярости.
Изнутри меня сжигает желание, снаружи – тепло Вариса. Но я больше не та наивная дурочка.
Я не позволю собственным чувствам взять верх. Я не позволю мужчине снова меня уничтожить.
– Сука, – рычит.
– Да. Я такая.
Последний пинок, кажется, оказался особенно сильным. Варвар глухо стонет, вперемешку с руганью. Немного ослабляет хватку.
А я этим пользуюсь. Скатываюсь с кровати, уползаю от разгневанного мужчины. Едва на пол не валюсь.
Ноги подрагивают, мышцы до сих расплавлены касаниями Варвара. Между ног как-то влажно и тянет.
– Я не позволю заразить меня, – выплёвываю, отступая к стене. – Мало ли в кого ты сувал свою штуку. Я видела твоих девок, Варвар! И не позволю после них…
– И чё? Ещё давай потребуй, чтобы я к врачу смотался.
– А если и так?