— Девушка, что у вас… — начинает он и замолкает.
Прямо у меня на глазах меняется в лице. Резко. Буквально за секунду.
Мужчина смотрит за мою спину. И мне даже оборачиваться не надо, чтобы понять, кто там сейчас показывается.
Меня будто кипятком ошпаривает. Чувствую чужой взгляд на себе. Начинает трясти еще сильнее.
Стараюсь подавить эмоции.
— Подвезите меня, пожалуйста, — выдаю скороговоркой. — Прошу вас.
Конечно, нельзя бросать Марка вот так, но если я окажусь в этой машине, то хотя бы смогу попросить телефон у водителя. Вызвать «скорую», полицию, обратиться за помощью.
А иначе что?
— Извините, девушка, мне надо срочно ехать, — отвечает водитель, качая головой. — Но не вы волнуйтесь, я гаишникам позвоню.
— Пожалуйста…
— Полиция уже здесь, — вдруг раздается хриплый голос позади.
Горло сводит судорога. Напряжение доходит до такой степени, что теперь сказать ничего не могу.
Паника душит.
— А-а, да? — с натянутой улыбкой протягивает водитель. — Ну тогда хорошо. Удачи вам.
И машина трогается с места, а тяжелая ладонь грубо обхватывает мое плечо, рывком разворачивает, заставляя посмотреть налево.
Там паркуется черный фургон, из которого выходит несколько человек. Двое мужчин подхватывают Марка под руки, затягивают внутрь. Тем временем, другой мужчина усаживается за руль нашего внедорожника, а еще один на переднее сиденье.
Все происходит быстро. За считанные мгновения.
Фургон отъезжает. Наш внедорожник тоже.
Полиция?..
Так сказал незнакомец.
Но на полицейских эти люди совсем не похожи. На фургоне даже номерного знака нет. И вообще, ни единой опознавательной отметки. А сами мужчины одеты в черную форму, которая напоминает спецназовскую, но шевронов у них нет. Стараюсь запомнить детали, рассмотреть лица.
Это еще может пригодится. И это помогает создать слабую иллюзию контроля над ситуацией. Хотя бы немного успокоиться.
Они все как на подбор крупные, мощные с квадратными челюстями. Движения у них четкие, отточенные. И происходящее здесь явно не вызывает у этих мужчин никаких вопросов.
Поворачиваюсь к незнакомцу.
— Куда они забирают Марка? — выпаливаю.
— Куда надо.
— Ему нужно в больницу, — судорожно глотаю воздух. — Он…
Незнакомец криво усмехается, и остаток фразы забивается у меня в горле.
— Пожалуйста, просто отвезите его в какую-нибудь клинику, — все-таки выдавливаю я. — Пусть его осмотрит доктор.
Он ничего не отвечает. Просто перехватывает меня за талию, утягивает за собой. В машину.
Вырываюсь. Изо всех сил. Отчаянно извиваюсь, чтобы он не затолкал меня в свой внедорожник.
И тут этот мерзавец неожиданно останавливается. Отпускает меня, только чтобы прошить своими жуткими черными глазами насквозь.
— Хочешь ехать в багажнике? — спрашивает ровно.
4
Отрицательно мотаю головой.
Он открывает дверцу. Кивком указывает, куда мне сесть. Перевожу туда взгляд, но усаживаться не тороплюсь.
Просто не понимаю, как это сделаю. Сама сяду к нему в машину.
— Чего ждешь? — отрывисто бросает незнакомец.
Смотрю на него, а он смотрит на багажник. Очень выразительно.
И дальше мне хватает одного его движения.
Этот мерзавец просто ведет головой, а у меня напрочь срывает нервы.
— Хорошо, — бормочу. — Хорошо, я поняла.
Он переводит взгляд на меня. Мрачный, пристальный. И от выражения, которое там читается, бросает в холодный пот.
— Я же… я сказала, что…
Его глаза заставляют меня замолчать и сесть на переднее сиденье.
Он захлопывает дверцу. Обходит машину, пока я смотрю в одну точку прямо перед собой, усаживается за руль.
В багажнике было бы хуже. А так я хотя бы буду видеть дорогу.
И как это поможет?
Ничего не поможет.
Нет, нет, я что-то придумаю. Должна. Я…
В таких ситуациях никогда не была. Да я вообще с такими как этот тип никогда не общалась. Лихорадочно прокручиваю в голове, что можно сделать, но тут любая идея кажется глупой.
— Ремень.
Вздрагиваю и поворачиваюсь.
О чем он?
Незнакомец заводит машину, опять смотрит на меня.
— Ремень, блядь.
Тут доходит, что забыла пристегнуться. Обычно делаю это на автомате, но сейчас в мыслях раздрай, едва соображаю.
— Понятно, почему ты так херово водишь, — хрипло заключает он.
Возразить нечего. Не тот момент. И еще на каком-то инстинктивном уровне чувствую, что возражать этому типу нельзя.
Он к возражениям не привык. Злить его опасно.