Судя по всему, здесь дела шли лучше, чем в доме Вороны.
– Стражи богаты? – поинтересовалась я, когда мы уже сидели на лавке за длинным пустым столом и ели.
– Мастер понимает, что с пустым брюхом не навоюешь и не наколдуешь ничего приличного, – отмахнулся Лео.
Это точно. Мастер кругом прав.
В кувшине была вода с лимонным вкусом, сдобренная капелькой сладкого. Лёгкий кисло-сладкий вкус, очень приятный. То, что мы не допили, Лео перелил в ту самую фляжку с зевающим львом.
– А теперь пошли к Мастеру, – он помог мне подняться и повёл наружу.
2. Мастер Кракен
Мне было страшновато идти к Мастеру, но, как известно, назвался груздём – полезай в кузов. Так что – полезем в кузов.
При свете дня кузов имел вид светлой комнаты – окно в ней выходило ещё в какой-то внутренний двор, а не на улицу, и было распахнуто – а у одной из стен стоял шкаф с очень большими книгами. Мне доводилось слышать, что старинные рукописные книги были большими, но я не думала, что настолько.
Мастер поднялся навстречу нам, и он снова был в чёрном, и без маски – может, внутри крепости они все без маски? Курчавые черные волосы с проседью, лицо с породистым носом античной статуи, шрам под левым глазом.
– Явились наконец-то, – он внимательно оглядел нас обоих, взгляд задержался на мне. – Поела?
– Да, – кивнула я.
– Хорошо. Лео, свободен. Я позову.
Тот поклонился – вежливо, но без подобострастия – и закрыл за собой дверь. Я осталась.
– Рассказывай, что знаешь о своей силе, – Мастер снова вернулся за стол, и отодвинул от себя раскрытую книгу.
– Знаю, что она есть. Умею позвать воду, для бытовых нужд, – я нервно усмехнулась. – Однажды вода пришла сама, это было бурно. И очень мокро.
– И почему же она пришла сама? – поинтересовался Мастер.
– Потому что я в тот момент вообще не осознавала, что маг, – пожала плечами я. – Знаете, чем меня соблазнил брат Лео?
– Даже и не догадываюсь.
– Возможностью обучения. Я вообще считаю, что людям нужно учиться, а сама сейчас как…
Я зависла. Сравнения типа «бомба замедленного действия» или «обезьяна с гранатой» здесь решительно не подходили.
– Как одарённый лентяй, – завершила я. – Которому свыше был дан талант, но он и не подумал тот талант развить. Неправильно это, как я считаю. Или… как заснувший вулкан, который в любую минуту может проснуться и погубить всё живое вокруг. Хорошо… очень маленький вулкан, – добавила я быстро в ответ на его усмешку.
Мастер кивнул, смотрел на меня, что-то себе думал.
– А ты продолжай, продолжай. Кроме воды, что ещё умеешь?
– Зажечь свет, но я вижу в темноте, мне это обычно не нужно. Зажечь огонь, много огня. Защитить от того огня. Ещё танцевать, но это вряд ли важно.
– Кто ж знает, что важно, а что – нет? А ещё?
– А ещё не знаю.
– Вчера ты сказала, что убивать тоже умеешь.
– Оказалось, что умею, – сегодня этот момент представлялся чем-то таким, что случилось не со мной.
– Как это произошло?
– Я сама не поняла. Человек напал на меня… а я ответила. Было темно, я видела, конечно, но не всё. Лео потом сказал, что я едва на нож не напоролась, и если бы отреагировала не так быстро – то там бы и осталась.
Он поднялся, встал напротив.
– Хорошо. Вот, я угрожаю тебе. Отвечай, – и стоит, смотрит на меня, но не нападает.
Просто так, что ли? С ходу? Без повода? Это как вообще?
Если честно, то даже дева-огонь Барбара Ливарио не била никого просто так, то есть – я пока не встречала доказательств обратного. Как будто она всё же реагировала на то, что происходило вокруг неё, а не самодурствовала. Другое дело, что в здешних реалиях любую активность женщины, похоже, многие считают самодурством…
– Так, понял. Не умеешь. А если поступим иначе?
Я и не сообразила ничего, а он уже схватил меня за руку и дёрнул к себе. Вот тут уже включились рефлексы тела – вывернуться из захвата, резко и точно, а вторая рука полетела предполагаемому обидчику в лицо. Пламя сорвалось-таки с кончиков пальцев, но Мастер мгновенно выставил защиту, а выпущенное мной поймал и распылил в воздухе, а там и нейтрализовал. Вот как можно, оказывается.
– Уже лучше, – кивнул он. – И впрямь, можно научить, может быть толк. Но нужно ли это тебе, дева?
Я стояла и отдышивалась.
– Нужно. Мне не нравится, что в такие моменты я как будто уже и не я. Как будто тело что-то делает само, а я даже и не понимаю, что это было.
– И давно у тебя так?
– С того момента, как я проснулась в доме Вороны. Шесть недель.