Дальше – интереснее. Девица рассказала, что подверглась насилию – со стороны кого-то из братьев. И Кракен видел – нет, не лжёт. Но невероятно, конечно – насилие над Барбарой Ливарио? И она, гм, не убила на месте – ещё более невероятно, зная её взрывной и неуёмный характер.
Но какая же роскошная у девицы, то есть не девицы, магическая аура! Стихийные силы, боевые, невероятная регенерация – всё при ней. Целительства нет, и бытовой магии не дали, ну да она и тем, что есть, проживёт. И откуда-то ещё возникает сила смерти – совсем непонятное явление.
Конечно, не дело – скрывать знатную девицу и наследницу изрядных богатств. Но… сам подписался. Искушение принять сильного мага, учить его, работать с ним оказалось слишком велико. К тому же, незадолго до того Кракен уже договорился с собственной совестью в отношении ещё одного, гм, неофита. Любопытная вышла коллизия. Так что – пусть девица тоже остаётся.
Но и это оказалось не всё. Во время клятвы помянутая Барбара назвала совсем другое имя, и Кракен это понял. Конечно, спросил – хоть и не сразу. И услышал вовсе невероятное.
Дочь графа Ливарио убили. Перед ним – её тело, и совсем другая душа. Как такое возможно, господи?
Теперь он стал смотреть ещё внимательнее – и понимал, что нет, она не обманула. Отравлением сонным зельем можно объяснить частичное беспамятство и некоторые перемены в характере, но чтобы измениться полностью? Невыносимая, дурно воспитанная вздорная девица, какой Барбара была всегда с момента первого появления при дворе, сменилась разумной и рассудительной молодой женщиной. И что говорить, такой нрав намного больше подходил для обладающего немалой силой мага, боевого мага. Говорят, раньше в Кастель-аль-Либра тот ещё стон стоял – когда вдобавок к графу подросла доченька. Граф был человеком вспыльчивым и нетерпимым к любому несогласию с ним, кичился происхождением, богатством и силой. Единственная дочь уродилась в него, а от матери-северянки взяла только красоту. И возможно, какие-то силы. И отцовский нрав – в лучшем виде. Как он её учил-то, что не научил держать себя в руках?
Но, конечно, стоило поглядеть на лицо брата Лео, когда тот понял, кого именно притащил в крепость. Тащил-то одарённую танцовщицу – кстати, танцовщицей оказалась блудная душа-подселенка, и ещё какой танцовщицей – а притащил, гм… всем известную знатную девицу. Но потом уже сам смеялся, когда представлял её принцу.
И вот теперь та, что называется Барбарой Ливарио, обвиняет брата Хорька. Обвиняет в похищении и насилии, но на самом деле, и Кракен это отлично понимает – в смерти Барбары. А за её спиной – принц Годфруа, глядящий на неё с таким восхищением, с каким никогда не смотрел на невесту брата. И неугомонный брат Лео – который с первого вечера заявил, что это – его женщина, и точка. И если детали истории станут известны – а станут, не нужно сомневаться, языки, надо думать, уже работают – у неё и другие защитнички найдутся. Потому что разумна, добра, не бежит от трудностей, делает всё, что положено, располагает к себе. А Хорёк, к слову сказать, хоть и приносил несомненную пользу, такого расположения добиться не смог.
И что же теперь с ними делать?
26. За божественную правду
Вот честно, я еле удержала внутреннюю Барбару, чтобы не заехать в эту рожу ещё раз прямо на глазах мастера. Что? Я кого-то убила? Совсем рехнулся, да?
– Спокойно, госпожа моя, – теперь уже принц тормозил меня. – Брат Хорёк, отвечай. Простите, мастер, мне кажется, нужно узнать, что произошло, и до сих пор происходит.
– Согласен, – кивнул мастер. – Брат Гриф, говори. И не смей обманывать. Как так вышло, что дочь графа Ливарио оказалась у тебя в руках?
И брат Гриф начал говорить. Не глядя ни на нас троих, ни на мастера, ни на Хорька, а только лишь в пол.
Оказалось, что в Ордене он занимался снабжением – продовольствием, какими-то необходимыми материалами, и Хорёк ему в том помогал. И благодаря такому роду деятельности, было у него множество разнообразных знакомцев – поставлявших информацию обо всём на свете. Один такой знакомец, из вечно ищущих, кому бы продать подороже свой меч, встретился вечером в придорожной гостиничке, и рассказал – мол, тут, кажется, намечается война между графом Ливарио и Звёздными Дождями, и те Дожди наводнили округу, ищут подходы к обитателям Кастель-аль-Либра. А граф только усмехается и повторяет, что его замок не взять никому. И что вы думаете – хороший снабженец брат Гриф подумал, как можно под шумок погреть руки самому. Для этого добыть дочь графа, и запросить за неё выкуп пожирнее – как-никак, устал уже мотаться с грузом в Монте-Реале и обратно, пора уже самому купить домик, и зажить на то, что удалось скопить за двадцать пять лет службы. Ну а денежка к денежке, это ж все знают, и если само в руки идёт – грех отказываться.