— Зак и Зоя задержатся до завтра, — говорит Альдара. — Они только-только прилетели в Мадрид последним рейсом из Ню-Гётеборга.
Дядя Константин и тётя Йо. Зак и Зоя. Ох. При мысли о том, что я снова увижу этих людей, бабочки из живота взлетают пощекотать сердце.
— Там впереди скоро будет блокпост. — Альдара указывает пальцем поверх кабины пикапа. — Можем спросить у парней, давно ли проезжала машина Константина.
Я уже вижу тот самый блокпост, о котором она говорит: бетонные блоки, патриотично раскрашенные в красный и оранжевый, и лёгкие сварные ежи, расставленные поперёк проезжей части. На самодельной будке висит распечатанный портрет Эктора Санабрии. Водитель пикапа притормаживает, и Альдара приподнимается над кабиной, чтобы осведомиться о мелькавших за последние полчаса машинах.
— Только что, — отвечает испанец с винтовкой на груди. — Важные персоны.
А другой говорит, помешивая ложкой какое-то варево в кастрюле:
— И ещё двое из военной полиции.
Двое из военной полиции? Двое. Мне жуть как не нравится эта фраза. Ноги непроизвольно распрямляются, и я подскакиваю к Альдаре, чтобы вмешаться в диалог:
— Как они выглядели?
Испанец с винтовкой говорит:
— Ну, за рулём сидела девчонка. Рыжая коса и виски выбриты. Необычная, короче.
Пиздец.
Тот, что у кастрюли, дополняет:
— И мужик в очках. Обычный мужик. — И пожимает плечами.
Пиздец. Во второй раз я, видимо, произношу это вслух и по-русски, потому что Вивул спрашивает:
— Тебя тоже Алёнушка научила?
А моя Альдара тем временем барабанит ладонями по крыше кабины:
— ПОГНАЛИ, ЖИВО!
Пикап стартует так резво, что повстанцы впереди едва успевают отодвинуть заграждение.
— Вы! — Альдара продолжает орать в пыль, уперев обе ладони в задний борт. — Позвоните в Тингенту! Доложите об агентах фашистов, замаскированных под нашу военную полицию!
Альдара Санабрия может показаться болтливой и легкомысленной, но она как никто другой умеет подбирать нужные слова в чрезвычайных ситуациях. «Британцы» не произведут на постовых такого впечатления, как «фашисты». Римляне — серьёзный триггер, и, услышав о них, ленивые испанцы будут действовать расторопнее.
Значит, Киран и Пикси уже здесь. Так быстро. Вот и настал момент истины.
— Они хотят инсценировать нападение римлян. — Альдара переводит очки на макушку.
Да, я тоже подумала о чём-то таком. Киран намеревается убить двух зайцев разом — ликвидировать дядю Константина и подлить бензина в костёр ненависти к режиму. До примитивного просто и грубо, но самые простые решения зачастую оказываются также и самыми эффективными.
— Ну, каков твой план? — интересуется Вивул.
Не дожидаясь ответа, он отбрасывает тряпьё с пулемёта и берёт его в руки. Его рот приоткрыт, светлые кудри развеваются на ветру, а глаза сверкают предбоевым азартом. Неужели карфагенский пудель действительно готов стрелять в других агентов Ма-шесть? Чертовски хочется верить, что он творит это ради меня.
Я понятия не имею, каков мой план, и времени на любые размышления больше нет. Растительность вокруг становится всё гуще, а рельеф местности усложняется. Через несколько поворотов мы начинаем отчётливо слышать звуки боя, а затем и видим происходящее собственными глазами.
Это они. Изрешечённая пулями машина траурно дымит посреди дороги. Человек с нашивками испанского ополченца неподвижно лежит рядом с распахнутой водительской дверцей: багровый ручеёк выбегает из-под его туловища, устремляясь к обочине. Его сослуживец сидит, прислонившись к автомобилю с противоположной стороны — раненый или тоже мёртвый. Третий — парень в мешковатой гражданской одежде — обменивается выстрелами с невидимым противником, скрывающимся в зарослях выше по склону. Дяди и тёти нигде не видно. Может, им удалось уйти? Хоть бы оно так и было.
Водитель Альдары тормозит столь же резко, как и стартует, однако ещё до полной остановки вся наша компания перемещается из кузова на асфальт за правым бортом машины. Стрелок переносит огонь в нашу сторону: «там-там-там!». Пули горохом обстукивают корпус пикапа и с визгом рикошетируют о дорожное покрытие. Мой натренированный слух распознаёт характерный говор пистолета-пулемёта MP5.
— Они побежали туда! — Завидев нас, человек у машины машет в сторону побережья, и становится понятно, что на самом деле это девушка. Крепко сбитая и коротко стриженная блондинка. Новая очередь взрезает уцелевшее стекло, осыпая её мелкими осколками. — Враг преследует их!
Незачем уточнять, кто побежал и кто преследует. Киран наверняка приказал Пикси сковать боем охрану, а сам погнался за Комнинами. Я бы поступила точно так же на его месте.