— Карла Гризельда, — отзывается он.
Толкнув рукоять затвора вперёд, Киран отступает на полшага, чтобы развернуть корпус в мою сторону одновременно со стволом оружия. Всё это — виртуозно быстро, буквально за доли секунды.
Но мой указательный палец оказывается быстрее.
Бах!
Я беру и стреляю Кирану прямо в сердце.
Донесение XXII
от: Вивул Заммит
кому: дорогой дневник
локация: Тингента, Испания
дата: пять недель до операции «Миллениум»
Под финал самого долгого дня жизни я валяюсь разваренной тефтелькой на прохладном кожаном диване в номере отеля Holiday Inn. Среди ночи, на высоте двенадцатого этажа. Один-одинёшенек, если не считать пульт от телика в руке.
По ту сторону бухты за панорамными окнами гремит-сверкает гражданская война. Кажется, это испанцы опять пошли на штурм северного из Геркулесовых столбов. Все лампы потушены, и единственный источник света в комнате — телевизор, который тоже показывает войну. Занятное ощущение: лежать как бы меж двух огней, реальным и виртуальным.
А в тяжёлой от дум голове крутится такая мысль: после всего случившегося мне остаётся только сбежать на край света. В джунгли Амазонии. Или в Камбоджу. Или в сибирскую тайгу. В место, куда даже у британской разведки руки не дотянутся. Провести семь лет в Тибете. Подняться в самый труднодоступный горный монастырь. Выкинуть ожерелье из валлийского дуба. Забыть все оперативные псевдонимы. Забыть порядок сборки и разборки пулемёта MG 59. Стать отшельником. Весьма соблазнительный вариант, что ни говори. Интересно, согласится ли Гриз на Тибет?..
«Бам-бам-бам», — на окраине города оживает артиллерия. Судя по звукам, испанцы стреляют из чего-то калибром не менее ста пятидесяти пяти миллиметров. Спустя секунды с Монс Кальп доносятся оплеухи разрывов, и я нажимаю кнопку на пульте.
Какой-то винландский канал, где телевизионщики берут интервью у Альдары. Выставили микрофоны и расспрашивают о покушении на Константина Комнина, а на заднем плане дымит покрытая оспинами пуль машина.
Пикси — матёрый боевик: нагнанные Альдарой испанцы прочёсывали местность до вечера, но взять след так и не смогли. Как сквозь землю провалилась. В Ма-шесть уже отреагировали, небось. Коммандер О'Фии наверняка отдала приказ уничтожить вышедших из-под контроля агентов — меня и Гриз. Возможно, приказала нашей подружке Пикси... При мысли о рыскающей где-то поблизости Пикси сразу становится неуютно. А может, это холодный воздух спускается с гор на ночь глядя и проникает в номер через открытую балконную дверь.
Переключаю канал.
На RAR3 Франческа Ди Гримальдо объявляет вне закона любые упоминания маньчжурского гриппа.
Переключаю канал.
На Би-би-си тоже показывают войну: пляж Тингенты, песочек и пальмы, где спят бомжи и играют в волейбол испанские солдаты. Репортаж снимают прямо под окнами отеля, и я бы мог наблюдать происходящее в телевизоре собственными глазами, но поднимать голову с подлокотника ужасно лень; сброшенные на пол возле дивана кеды — единственное, на что хватило сил.
Переключаю канал.
Корейская съёмочная группа бродит по улицам Тингенты, и бездомные собаки разбегаются перед камерой, словно ощущая потенциальную угрозу. Несмотря на сгустившиеся сумерки, уличное освещение практически нигде не работает. Очередной признак того, что ты находишься в самопровозглашённой республике, которой только предстоит нащупать дорогу в светлое будущее. Восточный небосклон озарён оранжевыми вспышками. Пушки грохочут сразу в телике и за окнами номера.
Щёлкаю дальше.
Скандинавский премьер-министр выражает озабоченность.
Щёлкаю дальше.
Британский премьер-министр выражает озабоченность.
Щёлкаю дальше.
Президент Винланда выражает озабоченность.
Его я тоже изгоняю.
За этим бессмысленным времяпрепровождением меня и застаёт Гриз. Вплывает в номер вся пыльная и какая-то помятая, так и не переодевшаяся с дороги. Три верхних пуговицы рубашки расстёгнуты, правая половина лица скрыта волосами, как сценическим занавесом, а в руке — пивная бутылка.
— Подвинь свою ленивую карфагенскую жопу, — требует она, приближаясь к дивану.
Я слишком устал, чтобы сдвинуться хоть на сантиметр. Канал и тот переключаю с трудом. Опять RAR3, официальный рупор римской пропаганды. Кажется, пошёл по кругу.
Гриз недовольно фыркает и бесцеремонно усаживается сверху, не удосужившись даже разуться. Упирает колени по обе стороны от моих бёдер и отхлёбывает пиво из горлышка.