— Охренеть, — говорит она, отворачиваясь от звёздных войн за стеклом. — Второй раз тебя вижу, и второй раз кажется, будто это Дзанетто Бертолусси отпустили из ада на каникулы.
Чертовски похожая на сестёр Тиль легендарная женщина с интересом смотрит на меня из-под ковбойской шляпы. Понятно, почему Гриз понравилась мне так быстро и сильно. Я узнал в ней кумира детства.
— За Йоли говорят её личные обиды, — поясняет принц Константин.
— Не только личные. Все венецианские политики попадают в ад, — возражает его жена. — Ну глянь, Костас, это тот героический мальчик с пулемётом. Они с Дзанетто похожи как две капли спритца.
Принц Константин нехотя поднимает голову от блокнота. Смотрит, кидает через весь стол:
— Привет, Дзанетто. — И возвращается к записям.
Супер Йоли назвала меня «героическим мальчиком»… От такого обращения ноги подкашиваются. Чтобы не уронить повисшую на мне Гриз, опускаю её на диван рядом с Альдарой, и Гриз тут же кладёт нетрезвую голову на плечо испанской подруги.
Да кто такой этот Дзанетто Бертолусси?
— Мой одноклассник, — рассказывает Йоланда Комнин. Она усаживается на противоположный от Константина край стола и скрещивает ноги в протёртых на коленях светло-голубых джинсах. — Бывший парень. Регбист. Сенатор. Венецианец. Мудак. Мертвец.
Бертолусси. Венецианец. Мне необходимо это переварить.
— Наш одноклассник, — поправляет её муж. — Выпуск семьдесят второго года был, вероятно, самым звёздным в истории Латины.
Йоланда Комнин согласно кивает:
— О да, бомбезный был выпуск. Ты, я, Дзанетто Бертолусси, Франческа Ди Гримальдо, Энцо Д’Альпино, Эктор Санабрия, Дженнаро Риминуччи… Кто бы мог подумать, что спустя три десятка лет мы окажемся по разные стороны баррикад.
— Муччи… Риминуччи, — бормочет Гриз с плеча Альдары. — Слышала эту фамилию в Лондиниуме. Такой чернявый бородач. Работает на сладкого манеке... Андроника.
При упоминании Андроника принц Константин вычёркивает всё написанное размашистым «Z», комкает лист и зашвыривает его на середину стола. Становится так тихо, что слышно, как Альдара перелистывает страницы глянцевого журнала.
— Т-ш-ш, не произноси это имя вслух. — Йоланда прикладывает палец к губам. — Ник — грандиозная ошибка Костаса.
Тот крашеный педик, его старший сын от Астрид Шведской.
— Всё нормально, Йоли, — говорит принц Константин. — Все мы были молоды и совершали ошибки. Ты встречалась с Дзанетто, я женился на Астрид, потому что этого хотел отец. Я подозревал, что однажды Лондиниум захочет задействовать Андроника в своих играх, но не думал, что они ликвидируют Ди Гримальдо так скоро… И решатся расправиться с другими претендентами на императорский венец.
— Спасибо вам, дети, — по-матерински тепло произносит Йоланда Комнин, складывая пальцы в замок. — Не подоспей вы вовремя — та британская мразь точно грохнула бы нас.
Миллионы мальчишек мечтали спасти Супер Йоли, но только мне удалось сделать это в реальной жизни. Не озвучиваю эти мысли, разумеется.
Принц Константин задумчиво приставляет карандаш тыльной стороной к виску.
— Йоли, — говорит он, — современная императрица должна быть политкорректной. Хотя бы снаружи. Даже если речь идёт о британцах. А если ты примешь крещение, будет идеально.
Его жена только смеётся в ответ:
— Костас хочет видеть рядом императрицу, которую не стыдно показать на публике. Но пока ему приходится терпеть меня и все мои нехорошие манеры.
— …А где Зак и Зоя? — спрашивает Гриз у красно-оранжевого испанского шеврона на рубашке Альдары. — Они уже едут сюда?
— К счастью для тебя — нет, — отвечает Альдара, переворачивая страницу. Палочка от чупа-чупса подрагивает в её губах.
— Вам повезло, юная леди, что Исаак не видит кузину в таком состоянии, — соглашается с ней Йоланда Комнин.
Гриз протяжно фыркает в плечо подруги. Та продолжает:
— Короче, они с Зоей посчитали возню за Монс Кальп неинтересной и сразу поехали к Мадридскому Медведю. В Арагон. Туда, где молодость, веселье и хардкор.
— Кому-кому? — переспрашивает Гриз.
— К Мадридскому Медведю, — терпеливо повторяет Альдара.
— Матраснику, — говорит принц Константин, загородившийся от всех здоровой рукой с карандашом.
— Автобуснику, — соглашается Альдара, и они принимаются хихикать как подростки, подшутившие над сверстником: Константин Комнин — в блокнот, а испанская подруга Гриз — в журнал с невообразимо разодетыми фотомоделями.
— Мадридский Медведь — лидер повстанцев в Арагоне, — поясняет Йоланда Комнин. — Хрен знает, как этого парня зовут на самом деле. Сейчас он перегруппировывает силы для наступления на занятую войсками режима Селью. Между прочим, подразделениями римской армии в этом районе командует Каспар Хорниг.