Черт бы их побрал, этих близких!
Как всегда, они начнут лезть со своими советами, интересоваться личной жизнью, хвастаться достижениями своих отпрысков. И это только цветочки! Мама начнет причитать о внуках, которых им, видимо, не суждено увидеть с таким неблагодарным сыном. Отец будет бросать на меня хмурые взгляды, выражая свое недовольство тем, что я посмел огорчить маму.
— Может, мне притвориться больным? — нервно спросил я, показывая на гипс и вопросительно взглянув на друга. — Как думаешь, сработает?
— Не-а! — рассмеялся Виталик. — Не знаешь своих родителей? Уж лучше появиться на празднике и потерпеть немного, чем потом месяц слушать причитания. К тому же, ты действительно думаешь, что я соглашусь в одиночку отбиваться от града вопросов? Нет, если помирать, то только вместе!
На кухне повисла тишина. Было слышно только, как вилка стучит по тарелке. Я наблюдал, как Виталик с удовольствием завтракает, при этом довольно жмурясь.
Вот гад! Приехал, испортил мне настроение и аппетит, и счастлив проделанной работой. Ничего, я сейчас спущу его с небес на землю.
— Тебе пора, — сказал я, нарушая тишину.
— Что? — удивленно поднял он на меня взгляд. — Но я еще не доел!
И столько в его глазах растерянности.
— Ничего, по дороге где нибудь перекусишь, — продолжал наседать на него.
Нечего было строить столь счастливую рожу. К тому же, я планирую приятно провести с Наташей время, прежде чем возвращаться к работе. Я не часто позволяю себе подобную роскошь как отдых.
— Но?..
— Андрей! — голос Наташи, который долетел до нас с неким приглушением, перебил Виталика.
— Живи пока, — бросил другу, поднимаясь и направляясь в комнату.
Наташа стояла у окна, сжимая в руках кружку и смотря куда-то вниз. Боковым зрением заметил, что друг поплелся за мной следом, но остановился на пороге, не решаясь войти в комнату. Не стал ничего говорить по этому поводу, подошел ближе к Наташе и спросил:
— Что случилось? — спросил я.
Вместо ответа Наташа кивнула на окно. Только тогда я догадался выглянуть на улицу. Возле подъезда стояли три джипа, а вокруг них ходили люди в черных костюмах, жестикулируя и о чем-то разговаривая.
— Не знаю, друзья это или нет, но их здесь быть не должно, — спокойно произнесла Наташа. — Сделай что-нибудь, мне здесь еще жить.
Ее голос звучал ровно, но мне стало не по себе. Словно она только что подвела черту под нашим соглашением, потому что я его нарушил.
Лучше бы она закатила истерику со слезами и криками. К ним я привык и даже знаю, как с ними справляться: обычно было достаточно дорогого подарка и большого букета. Но что делать с этим ее спокойствием и холодным взглядом, которым она меня окинула, я понятия не имел.
— Я разберусь, — коротко ответил, подошел к столику, взял телефон и, пройдя мимо задумавшегося друга, скрылся на кухне.
Пока я включал телефон и нервно постукивал пальцами по подоконнику, наблюдая из кухонного окна за происходящим перед подъездом, ко мне подошел Виталик.
— Прости, друг, я не думал, что из-за них у тебя возникнут проблемы. Если бы я знал, что случится нечто подобное, был бы осторожнее, — сказал он, наблюдая за улицей.
Не знаю почему, но мне хотелось как можно быстрее выполнить данное Наташе слово. Она не интересовалась, кто я такой, чем занимаюсь и так далее, но мне хотелось показать ей, что я способен на многое, в том числе выполнить любую ее просьбу.
— Умолкни, иначе проблемы начнутся у тебя! — прорычал я, с недовольством наблюдая, как телефон включается, и казалось, что это происходит очень медленно.
Виталик хмыкнул, но тактично промолчал.
— Какого хрена вы здесь забыли? — прорычал я в трубку, как только на звонок ответили.
— С вами все в порядке?.. — начал было Гарик, но я его перебил.
— У вас две минуты, чтобы сесть в машины и скрыться из вида! Если не успеете, пеняйте на себя!
Я завершил звонок и опустил руку, крепко сжимая телефон. Мои люди быстро садились в машины, захлопывали дверцы и выезжали со двора.