Сорок метров до контакта. Чисто. Но все равно ползем со скоростью хромого инвалида. Спешка ведет к очень быстрой и болезненной кончине. А мы к богам не торопимся. Тем более нас прикрывают со всех сторон, так что можем позволить себе такую роскошь.
— Замерли!
Сам не понимаю, что насторожило. Но лишний риск не нужен, а обостренная чуйка сигнализирует быстрее, чем мозг успевает обработать входящий поток информации. Профессиональная деформация, если хотите. Рейдер живет на рефлексах, долго думать обычно некогда, действовать требуется на инстинктах. Однако быстро определить источник тревоги не получается. Может трава как-то не так качнулась, может шорох лишний какой выбился из общего фона. Подсознание уловило, а мозг обработать не в состоянии. Так что своей интуиции я доверяю больше чем глазам и ушам.
— Контроль, визуально что-то наблюдаете?
— Минус.
— Минус.
— Башня –повтори-ка концерт по последним координатам.
Бах-бах-бах! Бах-бах-бах!
Спарка брони отработала по точке падения мутанта двумя короткими очередями крест на крест. Рев подранка быстро перешел сначала в визг, а затем в булькающий хрип. Но и он быстро затих. Вот теперь порядок. Довыжидалсь, сволочь гнусная! Шевельнулась видимо неудачно, глаз засек, да интерпретировать наблюдение не вышло, осталось оно занозой в общем фоне восприятия, тем и спаслись. Повезло! Но расслабляться рано. Пока мутанту не отпилят черепушку, он потенциально опасен. Тут не редкость, когда прибитый образец мегафауны «восстает из мертвых». Многие обладают просто нереальными способностями к взрывной регенерации. За считанные минуты затягивают страшные раны или продолжают функционировать с перебитым позвоночником и почти оторванной головой. Только полное ее отделение от туловища может претендовать на некоторую степень уверенности. И то, если мозговой центр был в ней, а не в левой лопатке или правой пятке. Но черепная коробка в любом случае содержит в себе важный набор органов и ее ампутация — первое правило техники безопасности.
Куда только генные инженеры не запихивали раньше «блок управления». Например, у здешних пиявок он вообще распределенный по всему телу, на подобии костного мозга человека, только не заключен в жесткую оболочку, а, как бы, растворен в телесной жидкости. И она, эта жижа, единственная добыча с них. Довольно дорогой ингредиент, но добывать — сущий ад!
— Контроль, двинули.
Десять метров до маркера цели.
— Морпех — базе. Цель наблюдаю. Ориентировочно Пасть. Пока двести.
Это значит, что Иван тварь увидел и она с высокой вероятностью в состоянии мертвечины. Но, как я уже говорил, только отпиленная голова даст нечто вроде гарантии. Во всяком случае видов, способных продолжать осмысленно функционировать, пусть даже ограниченно, без нее родимой, мы пока не встречали. Что абсолютно не говорит о том, что таких нет. Ведь даже на старушке Терре, вполне безобидные курицы могли жить без башки до нескольких часов. Да и здесь имели возможность пронаблюдать, как хреновина без столь важного органа все еще подавала признаки жизни, извиваясь в руках охотников.
— Приняли.
До цели один метр. Два одиночных, еле слышных, хлопка — мужики производят контроль в голову и хребет, перед тем, как приступить к процессу отделения от туши. Модераторы звука хорошо срезают громкость и засветку. У нас накручены взятые со складов армейских спецподразделений, а не наполовину гражданские поделки. Работать с таким оборудование одно удовольствие, но бывает, что и этих мер недостаточно. Как я уже говорил, слух и зрение последние по списку органов чувств коренного населения планеты.
Один дрон прилипает к группе, тянущей добычу на обочину уже без хищной кочерыжки, где мы будем ее основательно потрошить на предмет ценностей. Второй зависает над точкой убийства. На разлитый по округе запах крови и приглушенные хлопки выстрелов могут набежать незваные гости. Кровь, падальщики, способны уловить за несколько километров. Пусть мы все поливаем специальным составом, призванным снизить шансы на подобный исход, но булки не расслабляем. В случае неудачи, хотелось бы засечь их заранее.