Похоже, я догадываюсь, о чем пойдет речь. И мне это уже активно не нравится. Лезть поперек корпы, изначально дурацкая затея. Но посмотрим, о чем базар пойдет, возможно, я крупно ошибаюсь в своих предположениях. Лучше бы так и было, не хочется взрослым мужчинам лекции читать, могут неправильно понять.
— Ладей, сколько там еще желающих глаза продавать?
— Ща, последний остался, за бутылками побег.
— А вот и я, здорова честному люду.
— И тебе не кашлять, Скрежет. Роняй зад и начисляй усталым рейдерам по малой, по медицинским показателям, а не пошлого пьянства ради.
— Это как полагается. Сей момент всех хворых на ноги поставим, не напиток — эликсир магический, зуб даю!
— Ну, все, зрители в сборе. Давай, вынимай из карманов, что принес.
— Погоди, карман подгонят. Шатун, трактор уже отмыли? — спросил я в рацию.
— Да, командир.
— Подгоняй к лавке и разгружайте.
Через минуту у входа мягко, насколько это было возможно сделать изношенному механизму, тарахтел-повизгивал дизель. А Варяги перетаскивали под навес контейнеры, холодильники и боксы с добычей. По мере роста штабелей, зрители все больше переглядывались. Когда бмп отвалила в сторону, а перед прилавком скупщика образовалось четыре аккуратных горки где-то мне по грудь, Скрежет поднялся, чтобы заглянуть внутрь, приподняв одну из герметично притертых крышек холодильника.
— И скажу я вам, мужики, ни хрена там ни одна солома….
Начали приемку с мелочевки, хорошо, что ребята ее почти всю сверху сложили. Не специально вышло, но удачно. Интереса это не вызвало. Ни у зрителей, ни у скупщика. Рутина. Такую дрянь каждый первый из рейда тянет, если чего особо тяжелого не нашли. Правда количество внушало. Может для всех это и был хлам, но мне и он с трудом достался, а потому цену имел.
Когда с железами собачек, соками, стеблями, корневищами и бутонами популярных растений, запчастями кабанов и роговыми наростами жуков закончили, горки рядом со мной изрядно уменьшились в размерах. А подсчеты выдали сумму в сотню тысяч кредитов.
— Неплохо. А для первого раза вообще даже хорошо. Но вижу, что на сладкое что-то припас. Не мотай душу, выкладывай, рейдер. На слюну же изойдем! — взмолился Ладей.
И на приемочный стол начали перекочевывать более редкие и дорогие вещи. Блоки Шатунов, да еще в таком количестве, признали знатной добычей заслуживающей уважения и десяти тысяч кредитов за штуку.
Потом пришла пора мужикам дивиться шкурам и челюстному набору с волков. Таких тут еще никто не встречали. Мне пришлось пересказать ход боя и описать повадки новой дичи. А когда небольшим когтем вспороли пластину бронежилета, бывалые рейдеры сильно напряглись. Встречаться с такой тварью в открытом поле резко расхотелось. Ладей пошуршал по своей непростой базе данных и озвучил вердикт: пятьдесят штук за набор с одного волчары. Спорить со скупщиком на Прахе не принято. Да и кроме него все равно других не просматривается. Но Ладей цену дает справедливую. Так что я только кивнул. Полмиллиона и так очень жирные подъемные. А мужики, услышав сумму попросили потом все же дать подробную консультацию по тварям. Добыча во всех смыслах зубастая, но уж больно ценная. Шкуры-то хер с ними, кости основную сумму на себя взяли. Под такую охоту можно и особым боеприпасом разжиться — объемно-детонирующим. Скелет такой прилет должен пережить, в отличии от его хозяина.
Следом на свет вынул набор, вырезанный из единственной встреченной Пасти. Хороший улов еще на тридцать тысяч. С таким сталкивались все, но новички после этих встреч выживали редко. Тварь реактивная, скачет бешеной блохой. Нам повезло с главным калибром транспорта и его комплексом наведения. Ручками эту суку валить, проблем не оберешься. Так что меня снова удостоили одобряющими кивками.
Но гвоздем программы стали шесть комков с Морфов. Такой хабар могла принести только очень сильная группа бродяг. И то не в таком количестве. Холодное оружие вообще мало кем используется. Оно среди поисковиков считается полной фигней. И только ведьмаки и опытные отряды, видевшие, за свой богатый на события век, уйму разных тварей на различных мирах, обязательно носят с собой сталь. Чем вызывают глумливые усмешки непосвященных. Но уже давно не обращают на них внимания. Это инструмент. Нишевой, в специфических ситуациях — незаменимый. А то, что гиенят некоторые почем зря, то их проблемы. Перестанут, когда его под рукой не окажется в нужный момент.
И вообще, это как пытаться ржать над ножом в руках повара. Сам будешь дебилом выглядеть, раз тямы не хватает понять назначение.