В эти золотые дни люди любили ходить друг к другу в гости. Сегодня приходишь в гости, приносишь в подарок только что застреленную утку. Приглашаешь назавтра к себе. Приходит с ответным визитом, тоже несет утку. Все сыты.
Шофера в это время уходили в рейсы только парами. Передняя машина идет на малой скорости, водитель прямо из окна садит из берданки вверх, а задняя машина время от времени останавливается, подбирает добычу и догоняет стрелка.
Стреляли и с автозаков, которые в это же время колоннами шли через Кандым. По весне автозаки перевозили заключенных из зоны, расположенной в восьмидесяти километрах к северу, куда-то на юг, где заключенным предстояло решать исключительно важную, судя по степени секретности, народно-хозяйственную задачу. А осенью их везли обратно.
Автозак представлял собой обычный газик с открытым кузовом. К укрепленным металлической арматурой бортам была намертво приварена железная клетка, и в ней, на скамейках, смирно сидел нахохлившийся контингент. Между клеткой и кабиной оставалось пространство, занятое направленным на клетку ручным пулеметом. При пулемете находился вооруженный автоматом стрелок. Время от времени стрелок оживал, хватался за автомат и выпускал в небо очередь. Городское население тут же дружно прекращало стрельбу, отступало с тротуаров и терпеливо ждало, пока люди из замыкающего колонну автобуса не соберут обрушившиеся на землю пернатые тушки.
В это время населяющий Кандым народ дружно радовался, что светлая мечта насчет купола так и не реализовалась. Потому что через купол хрен подстрелишь утку. Оно понятно, конечно же, что купол рано или поздно все равно развалился бы, потому что строить бы пришлось самим. И все же боязно. А ну как не развалился бы?
Глава 24
Правитель омский
Адриан честно пытался исполнить отцовское поручение, хотя предъявляемые Дицем-старшим требования повышенной секретности задачу не облегчали. Несколько раз ему чудом удавалось удержаться от того, чтобы рассказать Борису, в чем дело, и принять настойчиво предлагаемую помощь. Тем более, что никакого особого смысла в конспирации Адриан не видел. Подумаешь, исторические раскопки для систематизации старого семейного архива…
Библиотека, в которой Адриан черпал необходимую информацию, находилась недалеко от его дома, в старом московском переулке, круто спускающемся к реке. Здание библиотеки давно пришло в полную негодность, крыша протекала, и капли воды шуршали по полиэтиленовым полотнищам, укрывавшим шкафы с историческими фолиантами. Снизу за фолиантами охотились крысы, пытающиеся запрыгнуть на полки и яростно сверкающие красными глазками. Седенькие библиотекарши воевали с крысами, расставляя по периметру хранилища бессмысленные мышеловки, рассыпая по полу крысиный яд, от которого крысы только наглели еще больше, и укрывая от них баночки и сверточки с драгоценной едой.
С директором библиотеки Адриан познакомился в одно из первых посещений, пытаясь выяснить, каким образом он может скопировать интересующие его материалы. Директор производил впечатление совершенно погибшего человека, с потухшим взором, сгорбленной спиной и шаркающей походкой. В начале реформ он еще пытался воевать, качал права в министерствах и московском правительстве, требовал денег, нарывался на унизительные отказы, потом попытался провернуть две-три коммерческие операции с вполне предвидимым результатом, чуть не попал под следствие, а теперь сдался окончательно и блуждал по библиотеке, как по кладбищу, подолгу останавливаясь у дорогих его сердцу могил и постепенно осознавая неизбежность случившейся катастрофы.
Подаренный Адрианом ксерокс вывел директора из летаргии лишь на короткое время. Он на мгновение оживился, снял копию с очередной петиции на имя высокого руководства, а потом снова впал в апатию. Но про Адриана не забыл и от случая к случаю подкармливал его очередной порцией книг, хаотически разбросанных по хранилищу.
Начало истории Адриану было известно еще по рассказам деда. В свое время в России произошла революция, в ходе которой свергли царя. Как когда-то в Англии, а потом во Франции. В результате власть перешла к правительству, объявившему себя временным. Очевидно, в этом был некий элемент мистического предвидения, потому что правительство и вправду просуществовало чуть более полугода. Но за полгода оно успело немало совершить. В частности, это правительство решило провести денежную реформу и все царские деньги заменить на новые, демократические.