— Не, Леха, это другое. — Она последовала за напарником, шутливо помахав таракану в ответ. Тот сразу опустился на все конечности и исчез. — За нами следит кто-то. Как только мы на мостик пришли.
— Э-э, дружка, да у тебя того. Нервы. Потопали, быстрей зайдем, быстрей выйдем. У меня от этого корабля тоже мурашки по коже бегут.
— А как ты думаешь, где весь экипаж? Мы ни одного тела не нашли.
— Анжелика рассказывала, что сарацины — они как санитары. Когда заселяют территорию, всю органику… До металла вычищают. Тьфу ты, Кирка, давай о чем-нибудь другом, а?
— Стой! — Наполи резко остановилась, на этот раз отдернув Алексея, когда он собирался открыть створ в первый ангар. Тот на этот раз даже за пистолет не схватился.
— Да что опять?
— Стой, на нас кто-то смотрит! — Она остановилась, замерев и чуть повернув голову через плечо. — Я его чувствую.
— Кого? Где?
— Не знаю. Не вижу. — Кира оглянулась сначала назад, затем неопределенно переведя взгляд вперед. — Как будто… кто-то смотрит.
— Да успокойся ты уже! Мы так до тритиума никогда не дойдем. — Он с грохотом отворил створ ангара. Если не считать пары разбежавшихся и забившихся в темный, заставленный контейнерами угол сарацинов, ангар был пуст, цел и даже неплохо освещен. — Видишь? Светло, никого. Знаешь, как в армейке говорили? «Пока осназ врага штурмует, гроза все ждет, опасность чует». Пошли. О, контейнеры. Слушай, Кира, а может они бухлишко контрабандой везли? Вскроем один?
— Отставить! — Усмехнулась девушка. Шутка чуть снизила напряженность, но неприятное ощущение опасности не покидало.
Во втором ангаре почти отсутствовала стена — вместо нее и части потолка зияла огромная пробоина, сквозь рваные, оплавленные, торчащие наружу лохмотья брони холодно светили звезды. Вся внутренняя обшивка, палуба, переборки выжжены взрывом. Ангар был необитаем. На забрале шлема заиграло предупреждение «вакуум». Ускорив шаг, они пересекли локальный кусочек космоса и нырнули в шлюзовой отсек третьего ангара.
Несмотря на теплый бронекостюм, словно тысячи ледяных ручейков окатили тело Киры. У нее перехватило дыхание. Охнув что-то непроизносимо площадное, Алексей отвернулся и прижал левую руку к забралу шлема, сдерживая рвотный приступ. Ступить было некуда — в тусклом свете фар возвышающегося посередине старенького абордажного штурмовика палуба ангара была сплошь завалена изуродованными, истерзанными, кое-где фрагментированными человеческими телами. Сарацины, космические санитары, превратили третий ангар в свой продовольственный пакгауз, стащив сюда мертвых предыдущих владельцев корабля.
— Черт бы меня побрал… Черт бы меня побрал… — беспрестанно повторял Бабич, пока они, перешагивая скрюченные судорогой искореженные тела, не пересекли, наконец, отсек и не добрались до шлюза четвертого, крайнего ангара. Кира и не предполагала, что вид мертвецов может так повлиять на ветерана осназа, хотя и у самой забегали нервные мурашки по шее.
— Леха, хватит причитать. Бояться надо не мертвых, а живых. Сарацинов. Осназ мирного времени, твою мать…
— Отвали, майор, я в норме…
Крайний, четвертый ангар вообще не выглядел пострадавшим. Освещенный красными аварийными маячками, весь заставленный непонятной научной аппаратурой, переплетенный паутиной толстых силовых кабелей, он напоминал логово безумного злого гения, изобретателя смертельного супероружия. Вокруг царил бардак и хаос — разбросанные по палубе бумажные записи, битый пластик, брошенная второпях белая куртка, разбитая кружка с некогда горячим напитком. Наполи, осторожно перешагивая лежащие кабели и уворачиваясь от висящих как паутина проводов, начала пробираться к огромному испытательному стенду, напоминающему перевернутый коллайдер. Бабич стремительно отошел от двери шлюза и облокотился спиной к противоположной переборке, пытаясь унять дыхание — забрало его шлема изнутри то и дело покрывалось испариной.
— Черт бы меня побрал. Ты… Ты, Кира… Когда-нибудь видела такое?
— Видела. — Как можно спокойнее, стараясь не выдать дрожь в голосе, ответила девушка. — Я твою жену из таких кусков собирала.
— Черт бы меня побрал. Столько лет в осназе, но чтоб такое… Я видел двухсотых, но не столько… Их рубили, Кира. Их кромсали. В куски нарезали. Руки, ноги, головы… Глаза…
— Отставить, сержант. Помоги мне.
— Что там?
— Подтверждение второй гипотезы. Они подключили тритиум прямо к варпу.
— А так можно?
— Не знаю, я не ученый. Вот этот саркофаг. Давай, Леха, пробирайся ко мне.