Кира и Алексей сидели в посередине полукруглого диванчика, пили горячий зеленый чай — так настояла Лика. После медицинской терапии и душа они выглядели… да все еще паршиво выглядели, хотя и колоритно. Леха как обычно в шортах и тельняшке. Наполи — в роскошном халате и с полотенцем на голове. Анжела неизменно со смарткомом в ладошке в сарафане испанской расцветки сидела в своей любимой позе — поджав под себя длинные ноги, обвив свободной рукой шею мужа и пряча лицо у него на плече. С дисциплиной формы одежды в космосе вообще был знаком только один человек на борту. Вялотекущий разговор то оживлялся, то затихал. Наконец Наполи сдернула с головы полотенце:
— Ну что… Как бы то ни было, давайте вернемся к нашим невеселым делам. Можно, я начну? Спасибо. — Она поставила горячую кружку на стол и посмотрела на Климова. — Максим, почему «Спартанец» ушел?
— Мы вступили в бой. Тот старый штурмовик, он атаковал нас. Бортового вооружения у нас нет от слова совсем, пришлось уходить.
— Что потом?
— Потом он прекратил преследование. Не знаю почему. Предполагаю, торопился на рандеву с другим кораблем — на штурмовиках такого типа варпа нет.
— То есть мы его потеряли? — Кира покачала головой. Как будто укоризненно, или показалось? — Сколько мы провели в космосе?
— Восемь дней.
— Почему вы не подобрали нас раньше?
— После взрыва фрегата образовалось гигантское облако обломков. Из-за сильной радиации каждый, даже крошечный кусок давал на сканере четкую яркую радиометку. Эхо вашего маяка просто затерялось в этой массе.
— Восемь дней… — Кира снова укоризненно покачала головой.
— Санта-белладонна! Восемь дней, Кира! — Вспыхнула вдруг всегда тихая и молчаливая Лика. — Мы восемь дней вас искали! Я все глаза выплакала, свечки в каюте поставила… Я вас похоронила уже! Знаешь, что Макс сказал? Пока не найду тела, буду искать живых! Восемь дней из кресла пилота не вылазил! Я его бутербродами с чаем кормила! Он даже спал в кресле! То десять минут поспит, то полчаса! Мы когда спас-бот нашли, он встать не сразу смог, я ему выбираться помогала!
— Максыч — мужик! — Одобрительно хмыкнул Алексей. — Спасибо, друже!
— Своих не бросаем. — Как можно равнодушнее откликнулся Климов.
— Максим, ты молодец… — Наполи снова посмотрела на Максима. — Только скажи, как эта гнида смогла так скоро взломать наш протокол ближнекорабельной связи?
— Эта гнида ничего не взламывала. Корабль же мертвый… был. Я просто открыл доступ все-для-всех, он к ретранслятору фрегата зацепился автоматом…
— Это первый урок на будущее. Дальше. Анжелка, ты знала про вторую отметку? Я знала про вторую отметку? Мы же военная разведка, как мы могли прошляпить вариант «матрешка»? Никому даже в голову не пришло, что отметка может быть внутри фрегата! Непростительно, раньше за такую дичь звезды с наших погонов полетели бы… Это второй урок. Максим, материальные потери?
— Лешкин тягач того. У «Спартанца» минус один движок и второй — накрылись репульсоры, требуется ремонт. Незначительные повреждения брони — без проблем можно наварить в любом, даже самом захудалом судоремонте. Ну там, покраска… Одним словом, корабль на ходу.
— С моим отрицательным балансом по кредиту, боюсь, нам даже захудалый сервис не по карману.
— Есть идеи, что с фрегатом произошло? — Просто так спросил Макс. Судьба миллиона обломков, недавно бывших кораблем, на самом деле его вообще не интересовала.
— Вторая гипотеза. Они напрямую подключили тритиум, мы нашли стенд. Неконтролируемый варп. Далее догадки. Мы нашли тела. Много тел… — На этом месте Кира примолкла и посмотрела на Леху. Тот кивнул и опустил глаза. Девушка продолжила. — Судя по характеру повреждений, часть экипажа была уничтожена до появления сарацинов на борту. Многие расстреляны разрывной картечью. Точного соотношения привести не могу — не сосчитала. Зато могу изложить свой вариант — пока мы дрейфовали в спас-боте, времени на анализ у меня было предостаточно. Макс, дай воды.
Климов встал, налил воды из фильтра и протянул Кире. Она залпом осушила пластиковый стаканчик, схлопнула его и продолжила:
— Предполагаю, что в команде был-были агент либо конкурентов, либо одного из синдикатов, заинтересованных тритиумом как сырьем. Предполагаю, что координаты судна более-менее точно были переданы заинтересованному лицу. Предполагаю, что произошел силовой захват судна извне — это подтверждают следы боя, характер повреждений фрегата, пустой судовой журнал и отключенный транспондер. Предполагаю, что именно в этом временном срезе на борту появились сарацины и стали полноправными владельцами корабля. Предполагаю, что штурмовик пришел на борт с одной единственной целью — забрать груз. Незадолго до нас — это объясняет, почему сарацины уже были такие возбужденные. И, наконец, предполагаю, что штурмовик ушел на рандеву с большим кораблем впритирку по времени, иначе он добил бы нашего «Спартанца» как возможных свидетелей.