- А ты не догадываешься? - ещё сильнее засмеялся он.
- Нет, я вообще ничего не понимаю, он меня отталкивает, а сегодня вообще отшвырнул так, что я о сундук ударилась. - жаловалась я.
- Он тебя ударил? - перестал смеяться он и серьёзно спросил.
- Нет, не ударил, но отшвырнул меня, как противную жабу, - сопела я, стараясь не залиться слезами.
- Он сегодня просил меня забрать тебя к себе, сказал, что ты на него плохо действуешь. Что произошло? - спросил он.
- Да ничего. Я просто стояла и смотрела (я не стала вдаваться в подробности, что смотрела на голого капитана), а потом качка и я упала на него. Он меня поцеловал, а потом отшвырнул. - сказала я.
- А ты в чём была? Как сейчас? - спросил он.
- Да, - ответила я.
- А ты себя в зеркало давно видела? - его хватила истерика, - ты же мальчик!
- И что? - не понимала я.
- Как что? Мой брат не знает, что ты его жена. Он, если честно, в ночь венчания набрался так, что вообще плохо помнил, как всё было. - задыхаясь от смеха, сказал Александр, - А сейчас он думает, что ты мальчик-юнга. Но его тянет к тебе, как к женщине, вот он и бесится.
- И что мне теперь делать? - спросила я.
- До Гданьска ещё три дня пути, я думаю мы можем ещё поиграть в кошки мышки, - весело предложил он.
- Но он сказал, чтобы я не появлялась в его каюте. - заметила я.
- Я скажу, что только завтра заберу тебя, а сегодня ты будешь выполнять его распоряжения. - сказал Александр, улыбаясь, - что он тебе приказал до того, как выгнал?
- Набрать горячей воды в очень большую бочку. Я даже не знаю, как это сделать? - пожаловалась я.
- Не переживай, мой Семён тебе поможет, - весело сказал он, - А ты знаешь, как эта бочка называется?
- Нет, как? - спросила я, понимая, что он просто издевается надо мной, или над братом.
- Это Ахтерпик, ванная на корабле, очень редко её наполняют, обычно её используют, как балласт, а наполнять её, считается наказанием, - сказал он. - Так чем ты ещё ему не угодила?
- Всё тем же, своим присутствием. Вот он мне это и назначил, как наказание за то, что я на камбуз ушла без разрешения, - пояснила я.
- А вот теперь у тебя будет возможность отыграться. Соблазни его, как мальчик, а потом откройся, что ты его жена. Но не мучай моего брата больше, а то совсем с ума сойдёт. Не волнуйся я буду рядом, если что. А утром приду за тобой, как за юнгой. Хочу посмотреть на его лицо. - захохотал он.
Теперь я всё поняла. Ванечку тянуло ко мне, как и раньше, но он думал, что я мальчик, поэтому и отталкивал. Видно, было непонятно, почему его к мальчику тянуло. "Как до меня это раньше не дошло? А вот теперь, мой любимый, ты мне заплатишь за все мои слёзы", - усмехнулась я с ехидством. -" Бедный Ванечка, я придумаю для тебя такую пытку, что самому Ивану Грозному не снилась!"
От мыслей, как я буду пытать моего любимого, внизу живота свернулась клубком странная теплота, снова вызывая сладкую боль.
Глава 15. Испытание любовью.
Как и обещал Александр, его слуга Семён помог мне набрать ту злосчастную бочку. Я разложила чистое бельё, положила банные принадлежности, зажгла свечи, но не все, а только те, что были у входа, чтоб не споткнулся. А сама спряталась, предварительно одев только рубашку и распустив волосы.
Мой план был прост: когда он придёт в каюту, увидит бочку, приготовленную для него, не найдёт меня и расслабится в тёплой, а я подкрадусь к нему сзади и начну мыть его, как делала это во Владимире. Деваться ему будет не куда, из этой высокой бочки так просто не выпрыгнешь. А уж я постараюсь его завести так, чтоб с ума начал сходить и вот только тогда я покажусь в женском облике.
Как я и предполагала, он, не увидев меня, расслабился, разделся и залез в бочку. Я тихонько подошла сзади и положила на его плечи свои руки. После этого момента мой план перестал действовать по регламенту. Он схватил меня за руку, больно потянул и я сама не поняла, как оказалась в бочке рядом с ним. Его бешеные глаза упёрлись на мою намокшую рубашку. Я могу себе представить, что он там разглядывал.
- Ты кто? - рыкнул он.
Вот теперь из бочки деваться некуда было мне. Как говорится: "Не рой другому яму..."
- Я твоя жена, - тихо произнесла, боясь, что он меня выкинет из этой "ванны" так, что я потом костей не соберу.
- Какая к чёрту жена! - воскликнул он, продолжая разглядывать мою грудь.
- Самая, что ни на есть благоверная, - прошептала я.
Я была слишком близко к нему, даже рубашка не спасала от того огня, что начинал разгораться между нами.
- И что ты делаешь на моём корабле? - спросил он, а его руки уже спускали с плеч мою рубашку.