Выбрать главу

- Ох, бедняжка, ты поплачь, поплачь легче станет. - причитала женщина. - А за семью не переживай. Похороним по всем правилам.

"Боже! Снова начинается всё сначала!" - подумала я отчаянно, но виду не подала.

Она помогла мне переодеться, напоила мне горячим чаем и уложила в постель. Если бы я не была так убита тем, что потеряла своё сердце навсегда, то отметила бы, что это время было намного лучше того, куда я попала в первый раз. Только сегодня мне было не до этого. Я была убита горем от потери любимого и с трудом воспринимала реальность, хотя понимала, что это также была не моя жизнь, не моё время, не моё.

P.S. Это втарая часть истории про Анастасию. Если кому интересно, можете прочитать первую книгу "Ясный мой свет." Не забывайте ставить лайки и подписываться. Вам не трудно, а мне приятно.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Глава 2. Где четыре месяца моей жизни?

Я проснулась и сначала не поняла, где находилась и что происходило, но через несколько минут моя память поставила всё на свои места. Я вчера потеряла своего мужа, умерла сама и вместо того, чтобы отправиться в рай или ад следом за моим любимым, оказалась опять в прошлом, но не настолько далёком, по всей видимости.

Это совсем не походило на двенадцатый век. Я осмотрела комнату, в которой проснулась. Здесь была изящная мебель, картины, фарфоровые статуэтки. Однозначно, эта эпоха была больше похожа на цивилизацию.

В голове крутилась одна мысль: почему я не умерла? Я помнила, как у меня началась агония, как я сжимала в руках мёртвое тело любимого, но в какой-то момент невероятная сила меня оторвала от него, и я вспомнила туннель, такой же, как и первый. "Значит я здесь для того, чтобы исправить то, что не получилось в первый раз. Значит у меня есть возможность встретить в этом времени Ванечку!" - Эта идея согрела мне сердце. У меня появилась надежда, что тот, кто играл мной, как куклой, закидывая на разные страницы учебника истории, дал мне ещё один шанс быть счастливой!

В дверь постучали и в комнату вошла Марфа. Она была в том же чепце, но сейчас на ней было платье и фартук.

- Проснулась! Вот и хорошо, - сказала она ласково. - я тебе платье принесла. Оно, конечно, не модное, но другого пока нет. Вот Князь Пётр Иванович вернётся, тогда распорядится.

- Спасибо, - поблагодарила я её.

- Да что уж там, - ответила она и помогла мне одеться. "Хорошо, что в этом времени люди немного подросли, а то не хотелось опять быть самой высокой и носить перешитые платья," - подумала я, смотря на себя в зеркало. Судя по платью, я оказалась в восемнадцатом веке или начале девятнадцатого. Мои мысли меня уже унесли к учебникам истории, к Екатерине, к Наполеону, к войне двенадцатого года, но Марфа прервала мой курс в школьную программу.

- Пойдём, душенька, завтракать будем. - она взяла меня за руку и повела вниз в столовую, где был уже накрыт стол. Меня приятно удивило наличие фруктов.

- Марфа, простите, а какой сегодня день? - спросила я, потому что снега не было.

- Так двадцать пятое сентября, - ответила она.

Я открыла рот от изумления. Как двадцать пятое сентября? Так что же, не было тех четырёх месяцев в двенадцатом веке? Не было Ванечки? Нет! Этого не может быть! Что происходит? Я совсем запуталась.

- Успокойся, прошу тебя, скоро Князь приедет. - попыталась успокоить меня Марфа, похоже всё моё изумление отразилось на моём лице, но женщина списала всё это на пережитую мной катастрофу.

- Я ничего не помню, - вывернулась я, - ни какой сегодня день, ни кто я.

- Ничего, ничего, ты всё вспомнишь, ты много чего пережила вчера. - сказала она и успокаивающе погладила меня по голове точно так же, как когда-то Лада.

И эта её неожиданная нежность, вызвала во мне совсем не ту реакцию, которую она ожидала. Я бросилась к ней на грудь и разрыдалась ещё сильнее. А бедной женщине ничего не оставалось, как продолжать успокаивать меня. Когда я выплакала всю обиду на судьбу, мне стало легче и мы смогли спокойно позавтракать. Марфа старалась больше не затрагивать тему трагических событий прошлой ночи, наивно полагая, что меня расстраивало именно это. Поэтому весь её разговор сводился к рассказам о семье Петра Ивановича Репнина.