Эти его насмешливые слова, вернули меня на землю. Я не поняла, он шутил или опять обвинял меня в чём-то, но боль снова уколола в сердце. "Да что же это такое!?" - подумала я, чувствуя, что слёзы сейчас фонтаном брызнут из глаз. Только появление моей подруги спасло положение. Она, глянув на нас, просто спросила:
- Это он?
- Да.
И не обратив на него никакого внимания, взяла меня за руку и увела за собой.
- Вот теперь реви, - сказала она, когда мы оказались внутри шатра. И я послушно зарыдала.
Глава 26. Ты моя любовь и боль.
- Выплакалась? - спросила меня Марийка, когда я успокоилась, а слёз больше не осталось. - Теперь приведи себя в порядок и врежь ему, как ты умеешь, чтоб мозги на место встали.
- Не поверишь, но именно это я сейчас и хочу сделать, - улыбнулась я, подумав, что хорошо я сделала, рассказав всё ей. Сейчас у меня по крайней мере была поддержка подруги, которая знала всё обо мне и была на моей стороне.
Я привела себя в порядок и одела моё женское платье. Не из-за Ивана, просто не хотелось перед Гетманом в шароварах ходить, это мне показалось неприличным.
Я вошла в шатёр атамана, где меня уже ждали. Мне навстречу встал представительный мужчина в длинном синем кафтане.
- Рад с вами познакомиться Ваша светлость, - произнёс он и поцеловал мне руку. - Не удивительно, что конфедераты выкрали именно вас, сударыня. Вы невероятно красивы.
- Вы мне льстите, сударь, - ответила я, не сводя глаз с мужа, который даже виду не подавал, что мы женаты.
- Как же вам удалось вырваться из плена? - спросил мужчина.
- Мне помогли казаки Андрея, - ответила я и заметила, как лицо Ивана вдруг потемнело.
- А кто были, те кто вас выкрал? Почему вы решили, что они конфедераты? - спросил меня очень приятный молодой человек, который сидел за столом позади Гетмана.
Он встал и подошёл ко мне. Я посмотрела на него, он был великолепен, сила и аристократическая утончённость в нём сочетались в идеальной пропорции с телом атлета, или воина. Если бы я не была влюблена по уши в моего Ванечку, то с лёгкостью бы влюбилась в него. Они оба обладали животной притягательностью, только один был похож на белого волка, а другой на чёрную пантеру.
- Потому что я знаю этих людей. Это была моя тётя, графиня Карская и её сын. Князь Александр Репнин удостоверился в том, что они шпионы конфедератов. Мы их встретили в Гданьске. - повествовала я, а бровь моего мужа поднялась в удивлении.
- Всё понятно, у меня больше нет к вам вопросов, Ваша светлость, - сказал он и отошёл.
- Тогда, если вы не возражаете у меня есть несколько вопросов к моей жене наедине, - произнёс мой муж так, как будто и разрешения не спрашивал, а просто требовал своё.
Он взял меня под руку и вывел из шатра. Он так сжимал мою руку, будто специально хотел причинить мне боль.
- С тобой всегда одни проблемы, почему ты не можешь быть, как все нормальные женщины? - зло спросил он.
- Так, Ваша светлость, вас никто не просил меня искать, напротив, я настаивала, чтобы вы этого не делали. - произнесла я тем тоном, который мог заморозить пламя.
- Мало того, что шлюха, так ещё и дура, - выругался он и получил от меня звонкую увесистую пощёчину.
Только я не ожидала от него такой быстрой реакции. Он схватил мою руку и завёл за спину.
- Не нравится правда, дорогая жёнушка?
- Ты не смеешь так меня называть. - зашипела я от боли в руке и в сердце.
- Пока ты официально моя жена, я отвечаю за тебя, и тебе следует меня слушаться. - говорил он и с каждым словом его губы приближались к моим всё ближе.
- Это можно исправить, подав прошение об аннулировании брака, или ещё проще, подожди два месяца и будешь свободен от меня насовсем. - сказала я, но всё моё внимание было сфокусировано на его красиво очерченных губах. "Ему лучше без бороды,"- не известно почему эта мысль появилась в моём мозгу в этот момент.
- Ты знаешь, мне нравится, когда последнее слово остаётся за мной, - как-то странно произнёс он.
- Да, последнее слово за Князем, - прошептала я ему в губы.
А потом произошло то, чего я совсем не ожидала ни от себя, ни от него. Он отпустил мою руку и обнял за спину, прижимая меня к себе. Его губы прильнули к моим, и я впустила в мой рот его требовательный язык. Я обвила его шею руками и растворилась в этом поцелуе, таком неистово-жадном, таком безысходно-нежном, таком яростно-страстном.
- Ты - как опиум, а я, как те китайские моряки, что не могут без него, хотя отлично знают, что он убивает их медленно и сладостно, - говорил он, покрывая моё лицо поцелуями.