— Гад! Ты и так украл у нас ночь. Мы бы спали сейчас крепким сном, теперь возись с тобой. Не хватало играть в кошки-мышки. Утро скоро.
Гарнизон спал. Только Шведов ходил по комнате взад-вперед, ругая себя: «Надо бы самому возглавить засаду! Младший лейтенант еще неопытный». Вышел на крыльцо, поинтересовался у часового, не замерз ли. В лунном свете вдалеке показались люди. По бодрому и уверенному шагу определил: успех!
Вот и Хорек перед ним! Съежившийся, с бегающими маленькими глазками, запавшими, хоть пальцем выковыривай их из-под нависших бровей.
— Почему Хорек, а не Хорь? — обратился Анатолий к задержанному.
— Я не понял, о чем вы спрашиваете, — безразличным тоном ответил тот.
— Кто вы на самом деле?
— Зачем вам знать такие подробности?
— Чтобы не перепутать. Вдруг задержали не того, кого следовало. Я спросил для интереса, но вам придется ответить, кому это обязательно надо знать.
— Дайте мне пистолет с одним патроном, застрелюсь.
— Вы нам нужны. Застрелить мы и сами могли бы, стоило вам выйти из коридора на крыльцо дома Марины.
— Она выдала? — изумился Хорек. — Вот сволочь! А я поверил.
— Куда вы делись, когда улизнули от засады в темную снежную ночь?
— Провалился в какую-то канаву, сверху снегом засыпало. Вы пошли искать в сторону леса, а я сидел рядом. Спасибо за фуфайку. Я бы не дошел до леса.
— Я за нее взыскание получил.
— А я бы расстрелял своего подчиненного за такую оплошность, — сверкнул глазом Хорек. — Теперь младший лейтенант, с тебя все взыскания поснимают. Так умело организовать засаду далеко не каждый способен.
— Замысел определял майор. Я лишь осуществлял его.
— Самый хороший замысел можно провалить, если исполнитель неумеха.
— Спасибо за похвалу.
— Зря не укокошил тебя там, в чистом поле. Возможно, не сидел бы сейчас на этой табуретке со связанными руками, — сказал Хорек. — Я Марине выдал комплимент, что из нее получится хороший разведчик. Так оно, наверное, и будет. Жаль, не на моей стороне.
— Сделай милость, — обратился Шведов к задержанному, — назови себя. Иначе как мне докладывать? Задержан еще один Неизвестный?
Хорек метнул быстрый взгляд на майора. Чувствовалось, был взволнован, едва сдержался от внезапно возникшего вопроса. Но вскоре успокоился.
— Все осталось в пролетевших годах: имя, хорошее, плохое. А прошлое, как известно, не возвращается.
XXIII
В кабинет начальника оперативного отделения Каден прямо-таки ворвался после разрешения войти.
— Можно сделать исключение для представителя СМЕРШ, чтобы не ожидать приема? Рвусь, можно сказать, высказать земляку слова благодарности, а тут вежливое «ждите», — выпалил он торопливо.
— Не возражаю. Пишите рапорт, ваш генерал подпишет, наш рассмотрит, даст начальнику штаба указан…
— Хватит, хватит! Бюрократы несчастные.
— Что вас так возбудило? Информация просто висит на языке. Что стряслось? Хоть и высказываете недовольство, глаза излучают радость.
— Еще бы! Пойман вами настоящий Хорек. Тот единственный, который сумел вырваться из дома купца, уйти от засады.
— Он что, признался?
— Как бы не так.
— По каким же признакам определили?
— Генка опознал его на очной ставке. Хорек в лице изменился, когда вошел парень. Не признается, что знает Неизвестного, эстонца. Доказать их связь пока нечем.
— Можно подумать, у вас всегда требуются доказательства фактов или выдвинутых обвинений, а признания получаются в процессе чистосердечного раскаяния.
— Земляк, у вас неверное представление о нашей государственной правовой системе. Это в буржуазном законодательстве положительные признания без проверки считаются доказанными. По нашему Гражданскому кодексу достоверность признания принимается в расчет, если утверждения не вызывают сомнений. В других случаях они требуют уточнений, доказательств. Сам процесс доказательства состоит в отыскании истины, то есть того, что есть в действительности. Средствами доказательства могут быть показания свидетелей, объяснения задержанного, заключение экспертов, вещественные и письменные доказательства, протоколы осмотра и опознания. У меня этого ничего нет.
— Представьте в военный трибунал тот материал, который имеется.
— Интуиция подсказывает, за Хорьком тянется длинный перечень преступлений. Передать дело в суд лишь с доказательствами нападения на пустой дом купца под предлогом грабежа да еще при отсутствии документов, удостоверяющих личность, совесть противится.