— Тарас, надо всем соблюдать тайну и предупреждать перед заданием, о чем ни в коем случае не говорить. Роевой с заместителем не предполагали, что так обернется дело, — осмелел Василь.
— Иногда соображать надо. Всего не скажешь, обо всем не предупредишь. А о соблюдении тайны ты, Василь, говоришь верно. Еще неизвестно, чем кончатся для нас откровения ваших бывших командиров.
— Ничем, если от нас не поступит новой подобной информации.
— Мечтатель, вижу, ты парень посмышленнее других. Назначаю тебя командиром роя. Пока вас трое, но скоро появятся новые люди, сформируем полноценное подразделение.
— Рад стараться, пан четовой.
— Первое тебе задание, роевой. Со своими людьми пройди по селам. Разведай, есть ли там военные и сколько, как их встречают жители, где размещены, планируются ли операции против нас.
— Аусвайсы кто нам выдаст?
— Справку, что вы колхозники, получите. Запомните легенду: ходите ищете работу. Оба ваши подчиненные неплохие плотники. Топор за пояс и вперед. Оружия не брать.
Уже следующим утром бригада «плотников» вышла в разведку. Как и накануне, ярко светило солнце, пригревало, и дорога заметно подсохла. Весенний воздух бодрил. Но вскоре дорога пошла через лес, повеяло сырым воздухом, грязь захлюпала под ногами.
— Василь, ты не спеши, — взмолился старший «плотник», — ноги у тебя молодые, торопливые, мы уже взмокли.
— Привыкайте к походной жизни. Долго сидеть на одном месте нам не дадут, придется часто переходить с места на место по росе в мокрой и холодной одежде, разбитой обуви и с одними сухарями.
— Больно мрачно рисуешь, командир. Ходим мы по лесам, кочкам да болотам давно, живы, как видишь.
— Немцы нам не особо много уделяли внимания. Они знали, что находятся здесь временно. Да и мы особой активности не проявляли. «Нас не трогай, и мы не тронем», — любимая была песня. Теперь не то. Красная Армия пришла навсегда и советская власть тоже. Будут во всех селах военные гарнизоны. Куда нам податься? Только в сырой лес.
— По-твоему, нам сдаться?
— Готовиться преодолевать трудности. Ни на какой возраст скидок не будет. Потому не жалуйтесь на усталость, не отставайте.
Свой рой я натренирую бегать без передышки но десятку километров. Тогда нам никакой противник не будет страшен, ни один красноармеец не сможет с нами тягаться.
— Придется нам проситься в другой рой. Уж больно резво начинаешь свою командирскую деятельность.
— Без моего согласия никуда вас не переведут. Таких разговоров чтобы впредь я не слышал, буду наказывать. Тарас приказал держать дисциплину в моем отделении на высоком уровне, — рубанул роевой ребром ладони воздух перед носом оробевших подчиненных.
За разговорами незаметно дошли до Кочмаревки. Первое, что бросилось в глаза разведчикам, — большое количество военных на улицах. Пока дошли до сельского совета, документы у «плотников» проверяли три раза. Никаких придирок. Посмотрели на справку, и можно идти дальше. Роевой вознамерился зайти к председателю, но старший «плотник» отговорил.
— Не видишь, сколько тут военных? Сцапают за милую душу.
Когда прошли пчелиным роем гудевшее здание сельсовета, увидели красивую молодую пару — то были Лисячко с девушкой. Роевой улыбнулся младшему лейтенанту, и группы разошлись в разные стороны.
Через минуту-другую Василь спросил у попутчиков, кто заметил что-нибудь важное.
— Младший лейтенант, который нас допрашивал, гуляет с девушкой по улице, — ответил младший «плотник», со страхом оглядываясь.
— Не просто так ходят, чем-то занимаются здесь. Оба иесли большие сумки, — ответил второй.
Особым заданием для Мечтателя являлась встреча с {убило. Зная вспыльчивый характер боевика, Тарас предупредил: разговор с ним вести вежливо, только выяснить намерения, если не удастся склонить к возврату в чету, предупредить, что он будет расстрелян по суду за измену.
Дом повстанца указала смешливая девушка. Она глянула на серьезного Василя, на робко стоявших позади мужиков, фыркнула:
— Зубило сегодня злой, как кабан бешеный. Он вас встретит!
Предсказанья девичьи тут же сбылись. Зубило в неподпоясанной белой рубахе колол дрова. Увидев подошедших «лесных братьев», не бросая топора, подошел к калитке.
— Не открывай! — сказал он Мечтателю. — Так можно поговорить, через ограду.
— Тарас прислал.
— Катись к своему дурковатому.
— Ты же состоишь в чете и моем рое.
— С каких это пор ты — роевой?
— Со вчерашнего дня.
— Один раз смерть дохнула в лицо, энкавэдисты мне поверили, отпустили. Зачем еще раз испытывать судьбу? Вы, дурачье, вернулись к Тарасу, с меня хватит. Еще раз сюда не приходите, — поводил он большим пальцем по лезвию отточенного топора.