— На том и порешим, — впервые за время разговора улыбнулся Шалевич-старший.
Полковник был явно удовлетворен результатами разбора причин гибели курсантов спецотряда. Волновала его, несомненно, и судьба родственника. Настроен был обвинить во всем командира оперативно-боевого отряда, потребовать отстранения от должности. Но, видит бог, он невиновен. Родственника же наказать отстранением от должности, до которой он явно не дорос, рука не налегала, к тому же его поддержал Бодров.
На прощание заместитель начальника политуправления фронта сказал полковнику Волынову:
— А Бодров — человек смелый, прямолинейный.
— Специалист своего дела и просто толковый парень, — ответил Николай Михайлович.
Шалевич-младший пошел проводить до автомашины родственника, Сергей возвратился в кабинет начальника штаба.
— Политотделец спрашивал, почему Бодров не в партии? Я ответил, как только у нас будет поменьше работы, мы возвратимся к этому вопросу.
— И еще когда время придет.
— Каковы ближайшие планы?
— Найти и ликвидировать банду.
— Какими силами?
— Резервной ротой и спецотрядом. Подчиненные Падалеца рвутся в бой.
Как он действовал?
— Падалец бы сделал все как следует, не мешай ему Шалевич.
— Шалевича отстраним?
— У него есть важнейшее качество для военного времени — смелость в боевой обстановке и в признании своих ошибок.
— Желаю удачи.
Осенью погода капризная. Только что было тепло и сухо, а следующее утро уже холодное, заставляет вспомнить о теплом белье и шинели.
Сергей сидел в своем кабинете, смотрел на топографическую карту в надежде, что она подскажет, где и как искать банду. В том, что такая существует, причем с достаточно умным предводителем, он не сомневался. Три дня шла операция по очистке тыла Юго-Западного фронта, задержано с полсотни дезертиров, пособников врага, уголовников, отказников служить в армии, несколько местных жителей, под разными предлогами после отселения посетивших родные места, подобрано десяток автоматов, захоронено до сотни останков убитых завоевателей. Однако следов банды кроме нападения на спецотряд в безымянном хуторе обнаружить не удалось.
Вошел дежурный офицер, передал лист бумаги, молча удалился. В штабе был заведен порядок: никаких посторонних разговоров в рабочее время. Руководители отделов и отделений строго следили за исполнением неписаного правила. Начальник оперативного отделения прочитал текст. Это была телефонограмма разведывательного отдела о том, что агентурным путем установлено наличие в тылу фронта разведывательной группы противника под руководством местного жителя. Внизу приписка Николая Михайловича: «Не та ли это группа?»
«Странный симбиоз, — рассуждал Сергей, — разведгруппа немцев во главе с местным жителем. Похоже, он во вражьем стане, знает округу, а значит, и поймать его не так-то просто».
Прибыли Шведов и Мухов по вызову.
— У меня появилась раздвоенность в оценке действий разведывательной группы, — сказал Сергей, когда офицеры познакомились с телефонограммой. — С одной стороны, разведгруппа не попадается на глаза, хотя в ходе операции весь район под нашим наблюдением. Это объяснимо: во главе — местный житель. В то же время стрельба из зарослей по относительно небольшой группе бойцов из комсомол ьско-молодежного отряда. Это уже профанация. Как бы ты поступил в подобной ситуации, Анатолий Алексеевич?
— Я бы дождался, когда началось построение подразделения, а после завершения осмотра всеми имеющимися огневыми средствами открыл огонь на поражение.
— Последствия такого шага?
— Уходить в другое место.
— А вы, Валерий Александрович?
— Подождал бы, пока подразделение уйдет из хутора, и вновь возвратился туда.
— Развивайте свою мысль.
— Хуторяне урожай с огородов сняли, в погреба коечто положили из провианта. Лафа для разведывательной группы. Сделали нужное им дело, вновь возвратились в хутор, в котором стали хозяевами. Стоит кому-то появиться на горизонте, можно спрятаться.
— Как в таком случае рассматривать стрельбу из автомата? Она ведь совершенно не вписывается в вашу версию?
— Откровенно, не знаю, — ответил Мухов. — Глупость какая-то.
— Выходит, если бы не стрельба из зарослей, разведгруппа сидела сейчас в хуторе, и нам ничего не оставалось, как пойти туда и захватить ее. После стрельбы разведчики наверняка уйдут оттуда. Знают, мы придем и все перешерстим, разыскивая их.
— Где разведгруппа теперь обитает?
— Я бы на их месте понаблюдал за нашими ответными действиями, — сказал Шведов, согласившись с мнением Мухова, — выждал, пока все утихомирятся, и вновь взял под контроль хутор.