— По возвращению ты всерьез собираешься заняться обучением боевой магией? Этак наперекор своему Рыкову?
— Да, собираюсь. Я сама определяю, чем и как мне заниматься в этой жизни, — порывисто ответила она.
— Наташ, а хочешь, я дам тебе первый урок, например, температурной магии? Такой урок, который тебе не даст никто ни в одной академии этого мира, — предложил я и не без удовольствия добавил: — За поцелуй.
С полминуты она смотрела на меня, даже чуть подалась вперед, будто готовая подставить свои невыразимо притягательные губы. Потом сказала:
— Ваше сиятельство, вы меня сейчас пытаетесь купить? Этого у вас ни за что не выйдет! — она подняла указательный палец, погрозила им, затем прижала его на миг к моим губам.
В этот миг я заметил, как по ее лицу скользнула едва заметная улыбка. Наташа была довольна собой. И я был доволен ей. Настолько доволен, что Елецкого во мне охватил маленький пожар — этакое пламя страсти, эмоций.
— Давай к делу, — Бондарева указала на экран, где уже проступила карта Западной Европы с красными пятнами локаторных станций. Пунктирными линиями обозначились зоны патрулирования граничных сил. — Вариант с заходом через Бильбао или пусть даже южнее отпадает — там тоже повышенное внимание, в воздухе дополнительные локационные дирижабли. То же самое со стороны Ирландии и Шетландских островов. Все перекрыто, Александр Петрович. Все, кроме узкого направления через Киль на Норвич. Я не смогла здесь просканировать в достаточных подробностях, но очень похоже, что это ловушка. Хочется думать, что все это случайность и день начала нашей миссии просто совпал с проверкой готовности их граничных сил, однако это мне тоже не удалось выяснить. Возможно, и здесь не без работы менталистов с их стороны. Если они задействуют опытные группы, то вполне могут исказить информационное поле. В общем, беглое сканирование дало неприятные результаты. И если мы попробуем через Испанию, то там я почувствовала гибель «Ориса», — ее голос слегка дрогнул. — Это очень серьезно! Еще в тот момент избыток вашей энергии меня раздирал… Все было настолько сильно и остро — я не выдержала! Могу попробовать еще, но уже сейчас ясно: операцию придется отложить, — она перевела взгляд с мерцающего экрана на меня.
— Нет, не придется, — я покачал головой. — Идем к Лосеву. Будем решать чуть иначе.
Глава 3
Майкл любит Синди
Командира «Ориса» мы застали возле рубки, беседовавшим о чем-то с мичманом группы технического обеспечения.
— Тихон Семенович, извиняюсь, разрешите на минутку, — я нетактично прервал их беседу.
— Ваше сиятельство, уже определились? — капитан-лейтенант глянул на часы, потом почему-то на Наташу и, сказав мичману коротко: — С Ермаковым решений не принимать! — подошел к нам.
— Определились. Решение не самое лучшее, но с другой стороны облегчим вам задачу, — я дождался пока мичман отойдет достаточно далеко и, понизив голос, сказал: — Пока не поздно, меняйте курс. Летим на Стокгольм. Высадите нас где-нибудь на побережье близ Ракста или там уже как вам будет удобно.
— То есть?.. — Лосев широко заулыбался, и его улыбка выражала скорее несогласие, чем удовольствие.
— Через Испанию никак нельзя. Таковы результаты экзосканирования, с севера тоже не зайти, поэтому Стокгольм. И вам спокойнее, и отчасти нам, и главное — соблюдем заветы Дениса Филофеевича, — пояснил я. — А то знаете, Наталье Петровне про ваш «Орис» ужасы привиделись, если вздумаем через Испанию. Ужасы такие, что пришлось ее в чувства приводить.
— Ваше сиятельство! — голос штабс-капитана Бондаревой был полон раздражения, но далее она не пояснила, чем я задел ее в этот раз.
— Вы хоть представляете, как добираться с этого Стокгольма? — с тихим напряжением вопросил командир корвета. — Только пассажирской виманой через пограничный контроль. Так еще и до Стокгольма добраться надо! Ночью!
— Представляем. Без деталей, но первичный план готов. Правда потеряем некоторое время. Зато со шведами немного пообщаемся, час-другой посмотрим на ночной город. Что касается границы, документы у нас в порядке. Почти в порядке, — я подумал, что если была утечка по нашей мисси с вылетом на «Орисе», то почему бы не быть ей по нашим фальшивым, но очень качественно сделанным документам? В них я значился как виконт Джеймс Макграт, а госпожа Стрельцова — Элизабет Макграт, то есть моя жена. Вот так: поженились мы с Элиз понарошку, тайком от княгини Ковалевской. Правда брак этот обещал быть очень кратковременным.