Президентом Соединенных Штатов Америки станет сын убийцы собственной жены, хотят они того или нет.
Томас посмотрел на наручные часы. Чаепитие в Государственном обеденном зале было назначено на 15:30, но перед этим должна была состояться пресс-конференция на террасе перед залом приемов дипломатического корпуса. И какая пресс-конференция! Первая за всю его политическую карьеру, на которой он не будет присутствовать лично.
Он недолго понаблюдал за дождем, а затем перевел взгляд на дверь, в которую бесшумно проскользнул Кейн.
— Что там с дождем? — спросил он.
— Ничего страшного. Уже стихает, — ответил Кейн.
— Бёртона надежно пристроили? — спросил Томас.
— Да! Двое парней караулят его так, будто охраняют самого дьявола.
— А Уэсли Бэрфут? Что скажешь о нем?
— Он не имеет отношения к прослушке.
— Кто это говорит? Бёртон?
— Мы зажали Бёртона в тиски. Он слишком слаб, чтобы лгать. Он бы уже давно сдал Уэсли Бэрфута, будь в этом хоть доля правды.
— Хорошо, тогда придержим Уэсли, он станет для нас отличным свидетелем. Придется немного поработать с ним, когда все закончится. — Он хлопнул ладонью по столу. — Но присядь на минуту, Кейн, у нас ведь еще куча дел на сегодня.
Кейн предпочитал стоять на ногах, но все же подчинился и опустил свои сто десять килограммов веса на середину дивана.
— Ты говоришь, вы надавили на Бёртона, — продолжил Томас. — На его теле остались следы?
— Ничего существенного, нет.
— Он должен исчезнуть.
— Так или иначе, да. Мы понимаем.
— Ты дал показания ФБР?
— Да, как и договаривались. Версия простейшая: Бугатти ворвался в твой кабинет и угрожал тебе. Ты не мог знать, что он безоружен, когда стрелял. Это дело закрыто.
— Ответный удар по группе «Каир» подготовлен? Всё надежно? После этого не должно остаться ни одного человека, способного разболтать о моей роли во всем этом, Бен.
— Всё надежно, да. Мы пустим газ прямо внутрь монумента.
Томас кивнул:
— Сделайте всё чисто.
— Будет сделано.
— Никто не должен выжить, понимаешь?
— Можешь не сомневаться, не выживут.
— Нам не нужны свидетели, Кейн. Тем более сейчас!
— Конечно не нужны.
— И ты обновил список офицеров-заговорщиков по всей стране?
— Да. Прямо сейчас список передают сотрудникам Федерального агентства по управлению в чрезвычайных ситуациях.
— Их нужно ликвидировать молниеносным ударом, пока они не опомнились от шока, понимаешь?
— Я знаю. ФЕМА получила указания, что больше половины этих людей крайне опасны и для их нейтрализации можно использовать любые средства.
— А Муни Куэйл?
Кейн подался вперед.
— Он по-прежнему верит, что ты подпишешь ему амнистию.
— Где он сейчас?
— Ждет в Сиэтле. Он в тяжелом состоянии после ранений.
— Хорошо, что мы сохранили ему жизнь, — заметил Сандерленд. — Он снабдил нас ценными сведениями. — Он коротко рассмеялся. — Какая ирония, а? Силы противника сплотились вокруг человека, который сидит у нас под арестом уже без малого две недели. Просто смехотворно. — Он одобрительно кивнул своему соратнику: — Отличная задумка, Кейн. Значит, сейчас он находится на конспиративной квартире в Сиэтле?
— Да. — Кейн кивнул. Он выглядел довольным и откинулся назад, положив руки на спинку дивана. Всё шло именно так, как надо.
— Сровняйте это место с землей, Бен.
— Приказ уже отдан.
— Смерть Муни Куэйла станет моей первой победой на посту президента, понимаешь? Без своего лидера большинство ополченцев сложат оружие. — Он улыбнулся. — Ладно, хватит об этом. Что насчет твоих людей, ты определился?
— Да, я оставлю двоих. Они надежные ребята.
— А остальные?
— Я подставлю их прямо под пули, все будет выглядеть естественно. Они выстроятся шеренгой позади президента, так что шансов выжить у них не останется.
— Разумно, Кейн. Очень разумно! — Томас улыбнулся. — А Бад Кёртис? Вы перенесли казнь на шесть утра?
— Да, но мы пустим в ход запасной план. Слишком многое указывает на то, что некий шериф Т. Перкинс сможет доказать невиновность Кёртиса.
— Т. Перкинс? — Томас прекрасно помнил этого человека по поездке в Китай. С самого начала той викторины он надеялся, что этот тип вылетит. Человек, который когда-то доставил его в здание суда в Монтерее. Что, если бы он тогда его узнал? Томас покачал головой. Черт побери, попутчики из той поездки постоянно путались у него под ногами. Уэсли, пусть и по мелочи, проклятая Догги, которую он сделает все, чтобы выследить и уничтожить, Бугатти, а теперь еще и этот костлявый шериф, вечно хранивший молчание. — Шериф Перкинс — покойник. Надеюсь, тут у нас разногласий нет.