— В этом историческом зале собрались люди, в которых сейчас так нуждается наша страна. Смелые, преданные профессионалы, у каждого из которых есть четкий план для вас — план по воплощению наших общих надежд в жизнь. Вы спросите: о каких надеждах речь и откуда им взяться? Для кого-то они уходят корнями в наше великое прошлое, для других — рождаются из веры в светлое будущее. Как бы то ни было, любые мечты питаются нашими самыми искренними чувствами, и претворить их в жизнь — задача не из легких. Но я могу с чистым сердцем заявить: это единственное, ради чего мы трудимся.
Он снова посмотрел прямо в объектив основной камеры, и его взгляд стал пугающе пронзительным:
— Нам придется пройти через непопулярные меры, чтобы двигаться дальше, мы это понимаем. Мы обязаны закрыть границы для мигрантов, изъять оружие у населения. Мы должны изменить общественную мораль и научиться довольствоваться малым.
Джон покачал головой. Сам Иосиф Сталин не сформулировал бы это убедительнее. Уэсли Бэрфут проделал свою работу слишком хорошо. Джон сделал еще глоток, чувствуя, как к горлу подступает тошнота. Какого черта этот сопляк не бросит всю эту контору, чтобы людям не приходилось слушать это безупречно упакованное дерьмо?
— Америка слишком долго зависела от зарубежного сырья. Многие мои предшественники развязывали войны ради контроля над этими ресурсами, что нередко приводило к катастрофическим последствиям. Но я заявляю вам: мы способны полностью обеспечить себя сами, у нас для этого есть всё необходимое. Недавно на Аляске были открыты новые месторождения нефти. Колоссальные запасы, которые обеспечат нас энергоресурсами на десятилетия вперед, а пока нам придется приучить себя экономить энергию и переходить на альтернативные источники. Мы в Америке способны на всё, вы это прекрасно знаете, и мы укажем путь всему человечеству.
Джон попытался приподняться, но его повело в сторону — верхняя часть тела внезапно показалась чужой и неподъемно тяжелой. Инстинктивно выбросив ногу вперед, он едва не опрокинул кофейный столик. В ту же секунду его накрыл приступ сильнейшего головокружения. Он рухнул прямо на низкий столик, увлекая за собой стаканы, пустые бутылки и стопки затрепанных журналов.
В то же мгновение Дэнни испуганно распахнул глаза.
— Выруби эту херню! — заорал Джон с пола, тыча пальцем в сторону экрана. — Выруби, пока я его не расколотил!
Дэнни уже приходилось сталкиваться с подобным — Джон, к своему стыду, знал об этом слишком хорошо. И хотя Дэнни был настолько слаб, что едва мог согнуться, он принялся за уборку, как делал всегда. Дэнни умел все расставлять по своим местам. Ни единого упрека не прозвучало во время этой уборки. Ни один осуждающий взгляд не потревожил ту душевную реабилитацию, в которой нуждался Джон, чтобы вернуться в нормальное состояние.
Дэнни вытер пот с его лица и протянул стакан воды. Он лишь тихонько вздыхал, собирая осколки стекла, но его искусанные губы не проронили ни слова укоризны.
Джон перехватил свободную руку Дэнни и прижал ее к своим губам:
— Я люблю тебя, старый ты ворчун. Ты мой единственный свет в окошке.
— Джон, попробуй хоть немного сосредоточиться. — Дэнни слабо улыбнулся, но тревога в его голосе была очевидной. — Тебя тут искали. Этот кошмарный Том Джампер со своими мерзкими передачами приходил сюда вместе с мисс Би пару часов назад, они хотели поговорить с тобой. Мисс Би была сама не своя. — Он крепко сжал руку Джона. — Какое отношение ты имеешь к этому Джамперу? Его же ищет полиция по всей стране. У тебя ведь нет неприятностей, Джон, правда?
Джон сидел на ковре и пытался сглотнуть слюну, но во во рту снова было сухо как в пустыне. Он огляделся по сторонам в надежде заметить какую-нибудь недопитую бутылку в пределах досягаемости. Еще один глоток точно прояснил бы мысли, в этом он не сомневался. Он пошарил в полумраке под стульями, но не обнаружил ничего, кроме засохших крошек вчерашних чипсов, которые умудрились избежать встречи с пылесосом Дэнни.
Слова Дэнни о том, что мисс Би на свободе, были поистине благой вестью, но вот ее появление в компании Тома Джампера казалось чертовски нелепым союзом.
— Понятия не имею, чего им нужно, — произнес он, с трудом поднимаясь на ноги. Он посмотрел в окно: небо затянуло тучами, по веранде застучали крупные дождевые капли. Это был тот самый день, когда хочется просто свернуться калачиком под пледом и никуда не выходить.
Они явились глубокой ночью. Бог весть как миновав посты, они вдруг возникли на заднем дворе под проливным дождем и забарабанили в дверь веранды. Дэнни умолял Джона оставаться в постели, предрекая всевозможные беды, если тот откроет дверь, но Джон не стал его слушать. Если бы он сам оказался у порога коллеги в такую мерзкую погоду с мольбой о помощи, он бы, черт возьми, рассчитывал, что его впустят. В их профессии существовали свои негласные законы взаимовыручки.