– Шедевр, – дочитал капитан. – Это ж надо, из двух страниц, сделать пять, да еще так виртуозно?! Здорово!
– Учись.
– Что на завтра? Домой бы пора?!, – сказал Молодой, грустно подумав, как обрадуется позднему визиту – его теща.
– Сбор здесь в 8 часов. Возьму ППСников, участковых, оперов соберу и в овраг пойдем. А ты судимых продолжай. Вот по списку у тебя их 10 человек. Ты попал в квартиры к четырем из них. Остальных – бери на завтра.
– Ты в морге то был? – спросил капитан.
– Был.
– И что Михалыч сказал? Есть что-то, что при прокуроре не сказано?
– Ну есть пара нюансов. Душил сзади, борозда идет спереди назад и снизу-вверх. То, что взрослый и выше ростом – понятно. На руках и ногах какие-то мелкие пятна, красные, на ожоги похожие, но не точно. Нужно у родственников узнать. На запястьях красные полосы, это, я так понимаю, от веревок или еще чем связана была. На скуле, который кровоподтек, явно удар по лицу и, если это не родственники, значит это наше ОНО ударило девочку (назвать преступника-жуликом, или еще кем-то с более человечным окрасом, не повернулся язык, поэтому получилось – ОНО). Возможно кричала, может оглушить хотело?! Если ОНО ее ударило, значит правша. Синяк слева получается. Одежда грязная, но на следы волочения не похоже, хотя пятна похожи на следы от травы. В желудке ничего нет. Одежду на экспертизу прокурорский направил. Может чего с нее получится?! Это все.
– Не густо.
– Согласен. Завтра будем искать. Пошли домой.
Опера вышли из отдела за полночь.
Утром, собрав сотрудников, Григорьев объяснил, что нужно искать. Искать нужно было ботинок, сумку с рисовальными принадлежностями либо просто принадлежности, а также все, что покажется подозрительным. Расставив цепью, пошли по оврагу. Через пару часов в другой стороне от места обнаружения тела, была найдена сумка с рисовальными принадлежностями, еще через пару часов – ботинок. Вызвали следователя прокуратуры. Старший строго приказал, вещи не лапать, поэтому к ним не прикасались. Следователь провел еще два осмотра. Носки найти не удалось. Стало совсем темно и майор отпустил всех по своим рабочим местам.
Вечером собрались у прокурора.
– Докладывайте.
– Обошли территорию. Цепью. Нашли и сумку и рисовальными принадлежностями и ботинок. Носков найти не удалось. По географии мест: тело на этом склоне, – нарисовал схему Григорьев, – ботинок здесь, сумка здесь. Все в разных местах. Осмотр провели. Где был ботинок-изъяли фотослед обуви. Где сумка-нет ничего, там листья и еще трава.
–Вещи ее?
– Да, ее. Для опознания не предъявляли, но по всем характеристикам-ее. И сумка и что в ней возможно было. Ботинок аналогичен тому, что был на ней.
– Вещи все на экспертизу в область.
– Непременно, я уже и постановления подготовил. Нужно кому-то только увезти?!, – сказал следователь.
– Решим, – сказал присутствовавший на совещании начальник отдела. – Решим. Завтра с утра отправлю машиной.
– Что еще? – спросил прокурор.
– Ничего. Проверяем судимых, подомные обходы делаем. Никто ничего не видел.
– Делайте. Все делайте. Чего мне вас-учить?! Сами все знаете. Завтра так же, сбор в 18 часов у меня. Мне уже с областной прокуратуры звонили.
– Понимаем. Делаем. На месте не стоим. Завтра доложим.
– Еще вопрос, вещи то, кроме носков, получается-все нашли? – уточнил прокурор.
– Скорее всего-да.
–Как это, скорее всего?!
– Сумка, ботинок, краски, альбом, карандаши, кисти, фломастеры. Сколько было красок, кистей, карандашей, фломастеров – никто пояснить не может. Ни учитель в кружке ни мать, ни дед. Поэтому считаем, что из рисовальных принадлежностей, все на месте.
– Ясно. Уточните завтра у родственников. Может девочка в тот день носки не одевала?! У деда спросите, еще раз у матери. У вахтеров в школе и Дворце Творчества, уточните может кто из них обратил внимание, когда Саша вторую обувь переодевала?! Все. Всем спасибо.
Время шло. Были проведены все экспертизы, ничего, для установления преступника найдено не было. Судимые проверены, некоторые – железно, у некоторых алиби не было, но поведение не вызвало сомнений в достоверности их показаний. Были опрошены жильцы домов, проживавших в районе оврага и в домах, по маршруту движения ребенка. Никто ничего не видел. Сумка, ботинок и принадлежности были исследованы. По данным экспертизы, на вещах ничего, кроме отпечатков пальцев рук, принадлежащих Александре, на двух фломастерах, не обнаружено. Носки так и не были обнаружены. Родственники утверждали, что Александра была в носках, вахтеры на данный факт не обратили внимания. По поводу пятен на руках и ногах-родственники ничего не пояснили. Говорили, что не видели их у ребенка. Время шло. Собирались у прокурора, ездили в Главк и в областную прокуратуру, приезжали проверяющие в район, но результата не было. Ориентировки были разосланы во все территории области и по России. Дело распухло уже до нескольких томов, но оставалось не раскрытым.