Тревожно на Москве. Удастся ли отбить недругов, хватит ли силы?
У Рязани без труда смяли русские заслоны, обошли город стороной, всей силой навалились на воевод, князей Андрея Ивановича и Вельского.
Подобно полноводной реке, когда она в паводок выходит из берегов и заливает всё окрест, растеклась орда по всей русской земле от Владимира до Коломны. Пыльными шляхами погнали в Крым и Казань толпы невольников. Плач и слёзы на Руси. По ночам горят города и багрово-огненные сполохи переливаются окрест.
Ищет люд укрытия под московскими стенами. Съезжаются в Кремль бояре и князья. Всё туже затягивается над Москвой ордынская петля. Уже захватили крымцы Угрешский монастырь и княжье Воробьёве сельцо. Дымно и душно в Москве. Ночами от пожаров светло как днём.
Беда пришла на Русь непредвиденная…
У великого князя в палатах собрались митрополит Даниил да князья Одоевский, Воротынский, Вельский, братья государевы Дмитрий и Андрей, да зять, крещёный татарский царевич Пётр, и Михайло и Пётр Плещеевы. Сидели, думали, как ордынцев отбить и где войско брать.
Не спорили. Государю из Москвы надлежит немедля ехать на Волок и там собирать полки. С ним отправляться и воеводам, князю Вельскому да братьям государевым Дмитрию и Андрею. А Москву держать, Гиреям не сдавать, если даже они осадят город. Дождаться прихода великого князя с войском.
В ту же ночь тайно от народа Василий покинул Москву и отправился на Волок. Отсюда к братьям Юрию и Семёну поскакали великокняжеские гонцы с приказом идти с полками на подмогу государю.
Сходилось на Волок русское войско.
Посланец хана мурза Аппак, вступив в Грановитую палату, сабли не снял и думным боярам не поклонился. Подивились бояре, раньше мурза в доброжелателях государевых числился, а ныне вишь что вытворяет. Верно, мыслит, от Москвы подачки не получишь, а хану угодить надобно.
От имени Магмет-Гирея потребовал мурза Аппак дать грамоту с подтверждением, что Русь будет платить хану дань, как платила при Батые.
За это Магмет-Гирей обещал не разорять Москву и уйти от города.
Бояре хоть и бранились и носы воротили, воняло от Аппака нестерпимо, а вытерпели, речь ханского посланца выслушали до конца.
Выпроводив мурзу, бояре долго не могли урядиться. Князь Одоевский уговаривал слать к хану посольство, а Михайло Плещеев с братом не соглашались, требовали обороняться.
Молчавший до того митрополит Даниил подал голос: - Не лайтесь, бояре, не час. Дадим хану грамоту, каку он просит. Пусть будет так. Яз вам совет даю. А исполнять её доведётся либо нет, то пусть государь и великий князь решает. Ноне, яз мыслю, спасать Москву надобно. На том и поладили.
Набитые добром кибитки, отороченные вьюками кони. Золото и серебро, дорогие оклады икон увозили ордынцы.
Давно не имела орда такой добычи.
Дорогами, смоченными слезами и кровью, усеянными мёртвым людом, гнали в Крым и Казань бесчисленное множество пленных.
Разорили Гирей Русь, опустошили.
Медленно, с частыми привалами, выставив крепкие заслоны на случай нападения русских полков, откатывалась орда.
Не стал дожидаться хан Магмет-Гирей, когда великий князь Василий соберёт войско и двинется к Москве. Магмет-Гирей увозил с собой грамоту московских бояр, в которой они признали себя ханскими данниками…
Атаман Дашкович повёл казаков брать Рязань. Что ж, Магмет-Гирей не против. Если казаки захватят город, половина добычи орде.
Хан горячит коня, оглядывает степь. Она по-необычному людная и шумовитая. Великая орда великого хана Магмет-Гирея идёт!
Ратники рязанского воеводы Хабара Симского и атаман Фомка со своей станицей обороняли город.
Остерегаясь татарских караулов, пробрался в Рязань гонец с Волока от великого князя, привёз письмо воеводе. Сообщал Василий, чтоб Хабар города не отдавал, а он, государь, на Волоке не задержится и вскорости выступит на Магмет-Гирея.
Казачьи сторожевые дозоры разведали: хан снял свой бунчук с Северки-реки, орда поворотила на обратную дорогу. Теперь жди лиха.
Гадает воевода, пройдёт ли орда мимо Рязани либо нападёт на Рязань?
С утра Фомка поднялся на крепостную стену, посмотрел, как казаки и ратники к обороне изготовились. Доволен.
Когда орда двинулась на Русь, Фомка-атаман со своей станицей укрылся в Рязани. Воевода Хабар принял казаков с радостью. Одних ратников у Симского маловато, а Фомкины люди подспорье, воевать казаки горазды.