Выбрать главу
130 Видит Тёркин погребушку — Не оттуда ль пушка бьёт? Передал бойцам катушку: — Вы — вперёд. А я — в обход.
С ходу двинул в дверь гранатой. 135 Спрыгнул вниз, пропал в дыму. — Офицеры и солдаты, Выходи по одному!..
Тишина. Полоска света. Что там дальше — поглядим. 140 Никого, похоже, нету. Никого. И я один.
Гул разрывов, словно в бочке, Отдаётся в глубине. Дело дрянь: другие точки 145 Бьют по занятой. По мне.
Бьют неплохо, спору нету, Добрым словом помяни Хоть за то, что погреб этот Прочно сделали они.
150 Прочно сделали, надёжно — Тут не то что воевать, Тут, ребята, чай пить можно, Стенгазету выпускать.
Осмотрелся, точно в хате: 155 Печка тёплая в углу, Вдоль стены идут полати, Банки, склянки на полу.
Непривычный, непохожий Дух обжитого жилья: 160 Табаку, одёжи, кожи И солдатского белья.
Снова сунутся? Ну что же, В обороне нынче — я… На прицеле вход и выход, 165 Две гранаты под рукой.
Смолк огонь. И стало тихо. И идут — один, другой…
Тёркин, стой. Дыши ровнее. Тёркин, ближе подпусти. 170 Тёркин, целься. Бей вернее, Тёркин. Сердце, не части.
Рассказать бы вам, ребята, Хоть не верь глазам своим, Как немецкого солдата
175 В двух шагах видал живым.
Подходил он в чем-то белом, Наклонившись от огня, И как будто дело делал: Шёл ко мне — убить меня.
180 В этот ровик, точно с печки, Стал спускаться на заду… Тёркин, друг, не дай осечки. Пропадёшь, — имей в виду.
За секунду до разрыва, 185 Знать, хотел подать пример: Прямо в ровик спрыгнул живо В полушубке офицер.
И поднялся незадетый, Цельный. Ждём за косяком. 190 Офицер — из пистолета, Тёркин — в мягкое — штыком.
Сам присел, присел тихонько. Повело его легонько. Тронул правое плечо. 195 Ранен. Мокро. Горячо.
И рукой коснулся пола; Кровь, — чужая иль своя?
Тут как даст вблизи тяжёлый, Аж подвинулась земля!
200 Вслед за ним другой ударил, И темнее стало вдруг.
«Это — наши, — понял парень, — Наши бьют, — теперь каюк».
Оглушённый тяжким гулом, 205 Тёркин никнет головой. Тула, Тула, что ж ты, Тула, Тут же свой боец живой.
Он сидит за стенкой дзота, Кровь течёт, рукав набряк. 210 Тула, Тула, неохота Помирать ему вот так.
На полу в холодной яме Неохота нипочём Гибнуть с мокрыми ногами, 215 Со своим больным плечом.
Жалко жизни той, приманки, Малость хочется пожить, Хоть погреться на лежанке, Хоть портянки просушить…
220 Тёркин сник. Тоска согнула. Тула, Тула… Что ж ты, Тула? Тула, Тула. Это ж я… Тула… Родина моя!..
* * *
А тем часом издалёка, 225 Глухо, как из-под земли, Ровный, дружный, тяжкий рокот Надвигался, рос. С востока Танки шли.
Низкогрудый, плоскодонный, 230 Отягчённый сам собой, С пушкой, в душу наведённой, Страшен танк, идущий в бой.
А за грохотом и громом, За бронёй стальной сидят, 235 По местам сидят, как дома, Трое-четверо знакомых Наших стриженых ребят.
И пускай в бою впервые, Но ребята — свет пройди, 240 Ловят в щели смотровые Кромку поля впереди.
Видят — вздыбился разбитый, Развороченный накат. Крепко бито. Цель накрыта. 245 Ну, а вдруг как там сидят!
Может быть, притих до срока У орудия расчёт? Развернись машина боком — Бронебойным припечёт.
250 Или немец с автоматом, Лезть наружу не дурак, Там следит за нашим братом, Выжидает. Как не так.
Двое вслед за командиром 255 Вниз — с гранатой — вдоль стены. Тишина. — Углы темны…
— Хлопцы, занята квартира, — Слышат вдруг из глубины.
Не обман, не вражьи шутки, 260 Голос вправдашный, родной: — Пособите. Вот уж сутки Точка данная за мной…