Выбрать главу

- Я думаю, ваше царское величество, что это не иначе как происки Кощеевы, - неуверенно выдал он.

- Да что ты несешь, старый черт, - налетел на него маленький коренастый мужичок, - Кощея уже поди как лет сто никто не видел, говаривают, что он уже сгинул давно.

- Сам ты черт, - огрызнулся первый, - если его никто не видел, это не значит, что его можно списывать со счетов. И вообще, он же бессмертный, как он мог сгинуть? Ты Еремей головой думай, а не к-хм, опой, - уже тихо промямлил он.

- Да я тебе щас покажу, Федор, - коренастый хотел наброситься на обидчика, да его удержал зычный голос царя Никифора.

- А ну, отставить драку! Мое мнение такое, теория Федора имеет место быть. Если провести аналогии с пропажей девиц столетней давности, то все сходится. Дверь заперта с той стороны, никаких следов, окна закрыты, кровать расправлена, все осталось в точности так, как всегда было при Василисе. Раз уж у нас нет других догадок, будем работать в эту сторону.

- Догадка есть, - подал голос до этого молчавший Елисей. Царь вопросительно уставился на него. – Мы не рассмотрели еще несколько вариантов, помимо Кощея есть еще и Горыныч с Ягой, а еще как вам вариант того, что невеста сама покинула замок, знаете ли этих девиц, они те еще нервные особы. Накануне свадьбы нервы сдали, переволновалась. Поди сидит сейчас где-нибудь в лесу и плачет, да нас ждет, а мы тут время тянем. Надо немедленно прочесывать лес!

- Да, да, а царевич дело говорит, - поднялся гвалт голосов. Царю не оставалось ничего, как согласиться, уж очень не хотелось ему, чтобы догадка о Кощее оказалась верной. Ведь тогда вспоминай родную дочь, как звали. Всем известно, что живой из лап этого душегуба не вернулась ни одна девушка.

- Мой указ таков – немедленно собрать поисковый отряд и выдвинуться на поиски моей дочери, царевны Василисы, немедленно! А пока свадьба переносится на неопределенный срок, - он поджал губы и взмахом руки распустил свой ближний совет.

Подданные с радостью покинули тесную комнатку, никому не хотелось гневить царя. И чем быстрее они выполнят его приказ, тем быстрее их жизнь вернётся в прежнее русло.

Тяжелыми шагами он прошел в комнату, где его ждала жена. Анастасия вскочила с кровати и бросилась к мужу. В ее глазах плескалась надежда, что пришел с хорошими новостями, но увидев его взгляд, она сразу все поняла. Дочь так и не нашли, но не спросить она не могла.

- Ну, что расскажешь, батюшка? Чего вы нарешали?

- Эх, Настасья, ничего утешительного не могу сказать, - покачал он головой, - одна надежда, что сама убежала, а коли нет, так, значит, Кощей и похитил.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

В одно мгновение царица стала белее мела и чуть не упала в обморок, но крепкие руки мужа вовремя подхватили ее.

- Не переживай, Настенька, мы ее обязательно найдем, я тебе обещаю…

В полумраке комнаты стояли две фигурки, мужчины и женщины, крепко обнимая друг друга. Общее горе сплотило их уже не в первый раз, и ближе друг друга у них никого не было.

***

Мы сидели в красной комнате, именно так я ее называла, своей назвать язык не поворачивался. Каждый думал о чем-то своем и не спешил начинать разговор, но мне же не терпелось узнать, что тут происходит, поэтому я уже пару раз перекинула ногу на ногу, поёрзала на стуле, поболтала ногой, повздыхала, даже пару раз шумно взглотнула, в общем, сделала тысячу и один жест для привлечения внимания, но эти двое меня как будто не слышали и не видели. Тогда я не вытерпела и рявкнула:

- Да сколько можно меня игнорировать?! Я вообще-то тут сижу и жду твоего, - я ткнула в Кощея, - важного разговора.

- Тише, - прошипел он, пришлось сесть и уставиться в пол, негодование накатывало новой волной. Вот зачем было интриговать, мол разговор у него важный, а потом взять и загипнотизировать мою подругу, оставив меня в нервном ожидании.

- А ну расколдуй ее! – опять заорала я, Кощей махнул рукой  и меня сковал паралич, в точности как тогда, когда Елена обездвижила меня. Я билась, как рыба об лед, по крайней мере, мне так казалось, на деле же я просто валялась в своем кресле.

- Вот и все, - нарушил тишину нелюдь, - потерпеть не могла пять минут, - обратился он ко мне.