Постепенно туман начал рассеиваться и я поняла, что держит меня никакая не ведьма, а все та же Алька, а Кощей вливает в меня всего на всего обычную ключевую воду, а не смертельный яд.
- Очухалась, - пробурчал костлявый. – Надо же. Спасибо сказать не хочешь? – сразу же предъявил он.
- За что? – отдышавшись, ответила я.
- За очередное чудесное спасение твоей шкуры.
- За какое еще спасение? – я решила включить дурочку, а заодно позлить костлявого, хотя прекрасно понимала, что натворила дел, и эти двое спасли мне жизнь. Но признаться в своем провале мне не хватало духа, а еще мне было невыносимо стыдно.
- А ты разве ничего не помнишь? - Удивились они. Я ожидала чего угодно, но не этого простого вопроса.
- Помню, но это какой-то бред, - тихо произнесла я.
А потом рассказала им, что со мной приключилось. Друзья разразились хохотом. Оказывается, все было намного проще. Я наелась ягод крушины, получила отравление, которое сопровождалось галлюцинациями. Из всей этой истории я сделала вывод, что не всякую красивую ягоду можно нести в рот, потому что это чревато последствиями. И не будь у меня таких надежных друзей, не пережить мне эту ночь. Эта ситуация позволила мне взглянуть под новым углом на все, что происходило со мной в последнее время, выводы получились неутешительными.
Глава 25
«Когда мы уже доберемся до этого замка?» думала я, с остервенением пиная очередную кочку. Это уже не тридевятое царство, это какая-то стена китайская! Идем, идем, а конца тропы так и не видно. Я так устала от этого изматывающего похода, что готова взорваться от любого косого взгляда в мою сторону, впрочем, кому тут на меня косо смотреть? Единственные две живые души – это Алька и Кощей, если последний меня вообще после истории с ягодами не выпускал из виду, то другая меня игнорировала, что было ей вообще не свойственно, с подругой творилось что-то неладно. На не помню уже какой день нашего путешествия с Алькой начали твориться странные вещи. Возможно, я себя накрутила, но некоторым фактам я никак не могла найти оправдание. К примеру, если раньше она с веселым, беззаботным смехом выслушивала мои стенания, то сейчас это начало ее раздражать. Она поджимала губы и хмуро угукала в ответ. Возможно, дальняя дорога сказалась и на ней, я все понимаю, она такая же городская девушка, совершенно не приспособленная к ночевке в каком-то дремучем лесу, но ведь это не такое уж и серьезное оправдание ее угрюмости. Возможно, это Кощеева сила берет над ней верх, и она уподобляется ему, но он же сказал, что для Альки нет никакой угрозы. Неужели обманул, костлявый?
Вчера я все-таки решила спросить ее, что с ней происходит. Но чего и следовало ожидать, никакого внятного ответа я не получила. Тогда я решила начать свое собственное расследование. Я прощупала Альку, не в прямом, конечно, а в переносном смысле. Хотя чего лукавить, физически я ее тоже успела осмотреть под предлогом поиска клещей. Алька удивилась моему напору, но препятствовать не стала. Что ж с уверенностью могу сказать, что она была здорова, но что-то в ней меня напрягало. Внезапно меня посетила мысль, а не влюбилась ли моя подруга?! Чем черт не шутит, и на страху бывает проруха. Поэтому выбрав удобный момент, а именно, когда Кощея не было поблизости, я, не теряя даром времени, спросила прямо в лоб, без лишних предисловий, такой себе эффект неожиданности.
- Признавайся, кто он?
- Ты о чем? – недоуменно спросила она, но от меня не скрылся испуг. Ее лицо на миг пропустило эмоцию сравнимую с тем, какую чувствуют дети, когда родитель строгим тоном говорит: «нам надо серьезно поговорить».