Прежде рыбой промышляли, и питались, и выменивали на что-то, и торговали. Воду с реки носили. А с той поры… Урожай не полить. На помывку, стирку или пропитание воды и то не добыть. Перебивались тем, что в период дождей собрать умудрялись. Ну и снегом. Да только здесь недолго он лежит.
Скинулись всем селением. Отправили гонцов чтобы те либо воинов, либо магов привели с напастью справиться. Да только не прошли их посланники через разбойников. Птиц с посланиями несколько раз посылали. А ответа не было. И тут…
Появился Василий и прогнал сначала чудище. Видимо территорию освобождая. А затем и разбойников прогнал, в их лагере показательно пару стогов сена подпалив.
Естественно сходу подруги не разобрались в случившемся. Деловито покивали. По-поддакивали. Ели, пили, что им подносили. Слушали. Да знай себе дары принимали: ленты, платки, всякие гребни да заколки из древесины вырезанные.
Ближе к рассвету народ разошелся по домам. Подруг пытались в дом старосты заманить погостить, но те отказались. Рядом с их неправильным драконом спокойнее будет. Да и обсудить предстояло как быть дальше.
Наконец-то появилась возможность с Василием переговорить без лишних свидетелей. Забрались в свой летающий шатер и прямо на нем влетели в пещеру.
— Ну и что это было? — поинтересовалась Василиса.
Местных ей жалко было. Но то, что всё не по плану пошло слишком выбивало из колеи.
— Вы сами слышали… — пропыхтел дракончик.
— Что мы слышали? Ты чудище изгнал и разбойников… Молодец. А дальше? Что это было? Ты должен был даров запросить и девственницу, а ты что сделал?
— Так они накормили меня… — понурив голову, буркнул он.
— А девственницу?! — не унималась Василиса.
В ответ только вздох. Ну опять началось — мысленно взвыла ведьмочка.
— Вась… — шепнула ей на ухо Нюша. — Ну вот чего ты, а? Хорошо ведь посидели. Иди отдохни. Я у него сама всё узнаю. Хорошо?
Василиса окинула взглядом явно захмелевшую подругу и махнула рукой, понимая, что та всё равно не отвяжется пока своего не добьётся.
Вдали от дома спалось непривычно. Вроде сухо, тепло, перина, подушка и одеяло из родного дома взяты, и даже балдахин оттуда же, а здесь как-то дышится иначе. Возможно влажность воздуха возле реки сказывается. Или обилие эмоций после минувшей вылазки в Кощеев замок? Или хмель в голову ударивший накануне не до конца отпустил?
Да только снилось Василисе будто знать она Ивана не хотела. От чар освободила, взглянула на него и поняла: им не по пути. Одновременно понимает что это всего лишь сон. Пытается непонятные видения гнать прочь. Прежде с лёгкостью получалось, а сейчас ни в какую. Словно ещё вчера в груди что-то уже не пылало, но ещё теплилось, а тут внезапно погасло. Осталось чувство долга. И появилась жажда свободы.
Проснулась дева-краса одна. Нюша видимо или встала уже, или ночевала где-то со своим дракошей. Лежит Василиса и никак в себя прийти не может. Села. Глаза потерла. Головой встряхнула. За волосы даже себя подергала. Не уходят ощущения навеянные странными предутренними грёзами.
Вспоминает Василиса Ивана. В мельчайших подробностях вплоть до родинки на левой ягодице. И ничего не чувствует. Ни желания, ни ревности к другой, ни тоски. Всё как рукой сняло.
— А он мне вообще нужен? — шепчет ни к кому не обращаясь.
Прежде, всё внутри взбунтовалось бы после подобного вопроса, а сейчас ничего. Спокойствие. Представила дева-краса как одна будет жить. Вполне нормально. Затем представила будто Иван вернулся. И сразу дискомфорт появился. Тут он мешается, там не туда свой нос любопытный сует. И пахнет уже не так привлекательно. Да и выглядит каким-то… Попользованым?
Достала дева зеркальце зачарованное. Вздохнула, да и озвучила зародившийся в сознании вопрос:
— Свет мой зеркальце скажи да всю правду доложи, не околдована ли я случаем?
— Поумнела что ли? — буркнул артефакт. — Давно тебе сказано, что соперница зло чинит. Ты не слышишь ничего, что Ивана не касается.