– И как я помогу вам расколдоваться? – Мрачно задала вопрос, вспоминая в сказках Земли что-то подобное и ничего подходящего не находя…
– Вы наша Царевна, сами придумаете! – Пожал плечами пофигистичный лягух, когда как я подавилась воздухом, так как все слова просто-напросто застряли в горле…
Охренели ребята! Им надо, а думай я? Да что ж у меня не все как у людей? У меня даже не все как у классической лягушки происходит! Ну где мое долго и счастливо, и бантик на попе? Где моя превосходно-красочная сказка, наполненная волшебством и смехом? Где моя правильная стрела от правильного дурака? ГДЕ????
Так, вытираем нюни слюнявчиком и, протяжно вздохнув, идем в бой!
Надо посмотреть на это с другой стороны: есть рабсила для создания царства; есть рабсила для утоления моих хотелок; есть рабсила для мсти Серафимам; есть рабсила для мсти маман, волчаре и бабуле!
Оу, а тут одни плюшки вырисовываются.
Решено! Я в деле!
Потерев ладошки друг об друга, лягуха в моем лице предвкушающее рассмеялась. Ура, буду буянить!
Ох, как же я вошла во вкус, кто бы только знал!
Командовать кем-либо такой кайф! Теперь я понимаю почему люди детей рожают. Доминируй и властвуй – шикарное кредо по жизни.
Отдавая очередные царственные указы, лягуха восседала на своей огромной кувшинке и никого не трогала. Но тут, из-за угла избы вывернул Кощей и царевна поплыла.
Вытерев слюни и сморгнув сердечки, я попрыгала к своему крашу. От греха подальше решила остановиться на маленькой кувшинке, что находится близ берега.
– Я смотрю ты в своей стезе, – обведя взглядом переполошенных лягушек, произнес старикашка.
– В смысле? – Угрожающе прошипела моя оскорбленная натура.
– Командовать нравится, – присев на корточки, усмехнулся Коща.
– Без этого никак! – Гордо задрав подбородок, улыбнулась я. И, я кожей почувствовала, что старик тоже улыбнулся. Ох, ну что за прелесть?!
– Царевна, это кто? – Внезапно, появившись из неоткуда, недовольно спросил Штрудель.
– Жених! – Стальным голосом произнес Кощей, глазами испепеляя лягуха. Меня поставили в недоумение и ступор. Ась?
– Вы не говорили, что он у Вас есть! – Осуждающе посмотрел на меня Штрудель, чем поставил во второй ступор.
– А должна была? – Хмыкнула я, решая поговорить с бессмертным наедине.
– Нет, – поджав губехи, обидчиво произнес зеленый.
Да в чем дело? Если расчитывал на место под солнцем и рядом с прекрасной мной, то фигушки. У меня давно и в сердце, и в почках, и в селезенке сидит Коща. А если просто недоволен, что я ему не рассказала о чувствах к старику как своей правой руке, то извините, но это не ваше дело, сир!
– Штрудель, у тебя ведь дел невпроворот! – Прямым текстом послала зеленого, который и не спешил то уходить.
– Вы правы, – взяв себя в руки, вернул свою отрешенную маску лягух. – Разрешите. – И упрыгал, некоторым балбесам тумаков давать, судя по крикам.
– И с каких пор я твоя невеста? – Когда остались одни, в лоб задала вопрос.
– С тех самых как Яга дала одобрение, – пожав плечами ответил Кощей.
– А мое тебе не нужно знать? – Недовольная такими личными делами, что обошли меня стороной, возмутилась я.
– Я итак его знаю, – как самоуверенно! Даже чересчур.
Лягуха взбесилась. Сильно. Страшно. Неуправляемо.
– Огромная и жирная тебе фига, а не я в невестах! – Прорычала я, задетая таким пренебрежением к своей чуткой и ранимой душе. – Лучше я буду до конца своих дней лягушкой ходить, да Премудрой зваться, тем более я привыкла и мне даже нравится быть неземной и неповторимой, чем твою физиономию наблюдать, да гадать, что за черт прячется под этим балахоном!
И в этот момент происходит сразу несколько вещей.
Первая: Кощей снимает с себя плащ с маской и перчатки.
Второе: Крупными хлопьями начинает падать снег.
И третье: Раздается громкий БДЫЩ и я сижу попой в пруду и тупо смотрю на свои человеческие руки.
Поморгала несколько раз, как и ощупала себя со всех сторон. Ни глаза, ни руки не подводят, и я правда вернулась в человеческий облик.