В шоке я взирал на новый, незнакомый мне мир.
Но сквозь это оцепенение пробивалась неутолимая жажда познания.
Вечный огонь, горевший во мне.
Этот новый безумный мир манил своими бесконечными возможностями и неизведанными тропами. Я был готов окунуться в этот омут приключений, утолить голод открытий и встретить неизбежное.
Вековая скука растаяла, как дым, и жизнь вспыхнула с новой силой.
Я перезагрузился, и мир вокруг меня заиграл яркими красками.
Именно в этот момент мне пришло в голову взять себе новое имя.
6 глава
Я молчала, наблюдая за этим удивительным вампиром.
Он стоял, глядя на реку, и, казалось, в глубине его шоколадных глаз всё ещё мерцают отблески давно минувших столетий.
Я тихо вздохнула, и Дмитрий повернул ко мне своё лицо, тронутое нежной улыбкой.
— А потом в мою судьбу ворвалась ты. С своей неиссякаемой энергией, открытостью и неугомонным характером. Моя жизнь изменилась. О скуке и тишине я могу только вспоминать.
Он усмехнулся, а в глазах плясали весёлые искры.
— Возможно ли сохранять безмятежность или впасть в уныние, когда ты находишься рядом? — произнёс он с лукавой улыбкой, и в его взгляде читалось глубокое обожание. — Теперь я ощущаю себя абсолютно счастливым. Мне больше не нужно ничего искать в этом мире. Ты — моё самое дорогое сокровище, моя родственная душа, моя любовь, моя семья, — тихо закончил Дмитрий, делая шаг ко мне и осторожно беря за руку.
— Знаешь, Люций, для самого могущественного вампира на земле ты невероятно сентиментален, — не удержалась я от подколки.
И сияющая улыбка играла на моих губах. Самая счастливая улыбка вампирши на планете.
— Рита, прошу тебя, не зови меня так. Теперь я Дмитрий, — произнёс он с лёгким укором, чуть сжимая мою ладонь.
Я фыркнула, шутливо вывернувшись из его объятий.
— Рита, я серьёзно, — настаивал он, глядя на меня с мягкой настойчивостью.
— Ладно, ладно, — сдалась я, притворно вздыхая. — Но только если ты позволишь мне шептать твоё римское имя, когда мы будем наедине, — тут же выдвинула я условие, заглядывая ему в глаза. — Ну пожалуйста, оно тебе так идёт, — умоляюще добавила я, заметив тень непримиримости на его лице.
И он капитулировал.
— Только когда мы одни, — дал Дмитрий своё согласие.
Я радостно захлопала в ладоши, не в силах сдержать восторг.
— Договорились!
— Скажи мне… — и я умолкла, подбирая слова.
Мне хотелось перевести разговор на Кассандру.
То, что описал Дима, моим представлениям о ней не соответствовало.
Да и ревность меня мучила, чего лукавить, призналась я сама себе.
— Рита, в чём дело? Ты что‑то хотела спросить? — Дмитрий внимательно посмотрел на меня, слегка наклонив голову.
— Да, мне интересно… Почему Кассандра так поступила со мной? Как ей удалось приблизиться к моей дочери? — спросила я дрогнувшим голосом.
Дмитрий отвёл глаза, явно чувствуя вину.
— Я даже представить не мог, что она способна на такое, — произнёс он с горечью в голосе. — Мы расстались сразу после моего пробуждения, задолго до нашей с тобой встречи. Она выслушала меня спокойно, без истерик и упрёков. Сказала, что и сама думала об этом, а потом предложила остаться друзьями. И когда ты пропала, объявилась, предлагая помощь, — прошептал Дима, и в его глазах вспыхнул гнев, когда он окончательно сопоставил факты. — Я был слеп.
— Эх, мужчины, вечно вы попадаетесь на эту удочку! Неужели так сложно понять, что после любви женщина никогда не станет другом бывшему? Это просто попытка хитростью вернуть утраченное, — выпалила я, сердито глядя на этого наивного вампира.
— Если бы я мог, воскресил бы ее и снова убил, — прошептал он, и в его голосе была такая горечь, что у меня сжалось сердце. — Прости…
Я придвинулась к нему и обняла за шею, притягивая к себе:
— Не кори себя, любимый, — прошептала ему на ухо. — Что случилось, то случилось. Кассандра — это прошлое, мёртвое прошлое. Перестань винить себя во всём. Ты не виноват.
Он обнял меня в ответ, прижимая так крепко, будто боялся, что я исчезну.
Наступила тишина, нарушаемая лишь шелестом листьев над головой и журчанием реки у наших ног. Мы стояли, обнявшись, наслаждаясь каждым мгновением, каждым «ударом» наших небьющихся сердец.
Вдруг Дмитрий отстранился и посмотрел мне в глаза. Серьёзно, твёрдо, с решимостью, которую я так хорошо знала.
— Рита, — произнёс он, и в голосе его прозвучала такая глубина чувств, какой я никогда прежде не слышала. — Я сделаю всё, чтобы защитить тебя. Ты для меня всё, и никто не посмеет больше тебе навредить.